Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
21:56 

Чары. Глава 4.

S. Kaspij
Я не верю в страшные сказки.
Чары
Автор: СинийКаспий
Пэйринг: Sebastian/Ciel
Рейтинг: R
Жанры: Романтика, Драма, Мистика, Психология, Hurt/comfort, AU, Повседневность, Мифические существа, UST.
Предупреждения: OOC, Насилие. /нецензурная лексика под вопросом/
Описание:
Тончайшей Пеленою укрыт Иной мир, окружен тайной, огражден чарами от глаз простых смертных. Попасть в него трудно, выбраться живым – практически невозможно.
А если вдруг не повезло тебе родиться Видящим, то прячься, беги без оглядки, ибо дар твой нежданный – проклятие.
Публикация на других ресурсах: Запрещено.
Примечания автора: Почти пост 1-й сезон (расхождение чуть раньше), особой жестокости не ожидается. Модерн-АУ.
Демон по своей сущности далек от канона Яны, равно как и от церковного демонического канона. Потому не поленюсь повторить: ООС! Всех и вся, не удивляйтесь. Правда, с обоснуем.
Сказка, как и всегда.


Пролог. Глава 1.
Глава 2.
Глава 3.

Глава 4. Условие.

Сиэль проснулся на рассвете. Солнце только-только начало облизывать первыми лучами крыши домов и высвечивать в редеющих кронах деревьев неясные геометрические фигуры.

Из-за приоткрытого окна воздух в спальне был стылым. Корогуш под боком завозился, высовывая сонную мордочку из-под тяжелого одеяла. Сиэль рассеянно провел ладонью по лицу, ощущая под пальцами неприятно-стянутую кожу, и горько усмехнулся. Снежик в очередной раз пытался вызволить его из кошмара, даже не пожалел использовать немного своей Силы, чтобы сдвинуть створку: должно быть думал, что холод поможет его хозяину прийти в себя.

Сиэль зарылся поглубже в одеяло, прижимая кота к себе, как маленькие дети прижимают к груди любимую игрушку. Возвращаться в сегодняшнюю ночь не хотелось даже мысленно, но он осознавал необходимость этого шага.

Кошмары давно стали привычным явлением. Долгое время он думал, что они — непосредственное продолжение Дара, если не плата за него. Сюжет снов был чудовищно неоригинален: темнота обгладывала окружающий мир, затапливая сознание смесью паники и сосущего одиночества. Иногда Сиэль различал перед собой абрис чужой фигуры и подсознательно чувствовал, что лишь она и может укрыть его от надвигающейся тьмы. Вот только ни лица, ни имени незнакомца он не знал, а если и произносил во сне безотчетно, то на утро ничего не помнил.

И редко, безумно редко видел другую версию сна: абсолютное спокойствие и умиротворение лелеяло его в родных объятиях недолгие мгновения, неминуемо сменяясь огненной болью и страхом за кого-то. Такие сны он ненавидел даже больше обычных, настолько жестоким и резким казался переход.

Но, какой бы вариант кошмара ни разбавлял прозаичные ночные часы, результат был одинаков: от каждого сна Сиэль отходил несколько дней, чувствуя болезненную слабость в теле и мутную пелену опустошенности в мыслях.

В силу этого анализировать первое занятие с фэйри было сложно, особенно если учесть, что оно добавило рядовым ужасам новые «прелестные» черты. Теперь у незнакомца на темном лоскуте лица глаза горели алым, а боль, раньше разливавшая по телу равномерно, сосредоточилась в сердце.

Сиэль прекрасно запомнил слова Ши о том, что увиденное было скрытой частью памяти, а не плодом воображения. Он дорого бы дал за то, чтобы узнать, кому принадлежат эти воспоминания и, что еще важнее, их значение. Поэтому, поразмыслив, принял решение не откладывать обучение из-за жалкой человеческой слабости: раскрыть загадку кошмаров, не отпускающих его последние двенадцать лет, было куда важнее теоретических неудобств со здоровьем.

Определенность дальнейших действий разлилась по жилам живительным теплом, и Сиэль, резким движением откинув одеяло, встал с постели. Подойдя к окну, он втянул носом морозный утренний воздух, одновременно приподнимаясь на носки и потягиваясь. В мышцах, как и всегда после таких ночей, ощущалась знакомая скованность, и несколько минут он посвятил легкой зарядке, убирая из конечностей зяблую дрожь.

Лондон просыпался медленно и неохотно, даже дворники еще не показывались, и лишь редкие машины сонно скользили по скованной тонким ночным льдом дороге, да стая голубей прочесывала окрестности в поисках завтрака.

Зима неизбежно вступила в свои права: Сиэль чувствовал увядание лета задолго до одиннадцатого числа, но теперь власть перешла к Неблагому Двору окончательно. Следующие пять с половиной месяцев в этом полушарии на Земле будет царить холод и тьма — не самое приятное, на его взгляд, сочетание.

Ши тоже должен был почувствовать приход своего времени — силы темных зимой неизменно возрастали, тогда как светлых, напротив, убывали.

Вспомнив о нем, Сиэль невольно улыбнулся: вчерашние романтические ухищрения на фоне изначального презрения смотрелись комично. Но подыгрывать оказалось чертовски увлекательно, и сегодняшнюю усталость можно было чудесно выдать за ростки интереса, начавшие проклевываться подо льдом недоверия.

С такими мыслями он не спеша принял душ, оделся и пошел в гостиную, на ходу подсушивая влажные волосы полотенцем.

Фэйри обнаружился на своем привычном месте: ближайшем к камину кресле. Сиэль всерьез задумался над тем, что тот и вовсе не ночует в отведенной ему спальне, но развивать тему не стал. Вместо этого неуверенно улыбнулся и чуть не оступился на скользком паркете, получив улыбку в ответ.

— Доброе утро, ты сегодня рано. Как себя чувствуешь? — в голосе фэйри слышалась столь тщательно выверенная забота, что Сиэля едва не перекосило — еле успел спрятать усмешку за чашкой с водой.

— Марафон точно не пробегу, но лучше, чем вчера, — вежливо ответил он и куда теплее добавил: — Спасибо, что следил за мной. Один я мог не справиться.

Последняя фраза говорилась для красного словца: оба понимали, что сражение в голове смертного было сугубо индивидуальным.

— Не мог же я допустить, чтобы ты погиб, — спокойно парировал фэйри. — Даже сейчас ты бледнее обычного. Скажи, когда надумаешь продолжить.

Сиэль проинспектировал содержимое холодильника и извлек на свет заранее сваренную овсянку: готовить по утрам он не любил. Вывалив порцию Снежку, кивком предложил кашу гостю, но тот отрицательно покачал головой. Очевидно, овсянка не входила в список блюд, кои был готов терпеть привередливый организм Высшего.

— Сегодня вечером продолжим, — устроившись, наконец, за столом, заявил Сиэль, преувеличенно заинтересованно размазывая кашу по тарелке.

Несколько мгновений тишины в качестве ответа сказали ему больше, чем сотня слов.

— Тебе так не терпится расплавить себе мозги? — недоуменно вопросил фэйри, от удивления забыв припустить в голос добродушия.

— Ты, кажется, намекал, что мне и расплавлять-то нечего, — невинно заметил Сиэль, поднимая на него уверенный взгляд.

В карминовых глазах бледной тенью мелькнуло недовольство, но губы растянулись в почти нежной усмешке. Мимика фэйри была Сиэлю настолько понятной, а намерения виделись до того ясными, что это казалось странным: либо тот по жизни был легкочитаем, во что верилось с трудом, либо… Тут очевидные объяснения заканчивались.

— Не стоит верить всему, что говорят фэйри в дурном настроении, — мягко отозвался Ши и бросил выразительный взгляд на висящие над головой Сиэля часы. — Как скоро ты готов будешь выдвигаться?

Сиэль фыркнул, по опыту зная, что фэйри не следует верить независимо от настроения. Открыто солгать они не могли, но это небольшое неудобство вовсе не мешало волшебному народцу дурить смертных и друг друга при каждом удобном случае.

— Смотря куда ты собираешься меня тащить. Где тебе назначили встречу?

— Место под названием Винсент-сквер. Ты знаешь, где это?

Услышав, что встреча пройдет в парке, Сиэль удивился, но кивнул:

— Да, не так уж далеко отсюда. Почему именно сквер? Разве Нейтральные не нейтральны во всем, включая места обитания?

— Обычно да. Но они также и самые эксцентричные из фэйри, многие живут в вашем мире. Хотя, думаю, тебе это известно.

Если Ши своим высказыванием хотел потешить самолюбие юноши и выразить уважение его знаниям, то в очередной раз прогадал: Сиэль пожал плечами и бесхитростно выдал:

— Вовсе нет. О них я знаю куда меньше, чем о Высших. Но всегда открыт для новой информации.

Он сделал ставку на то, что фэйри воспользуется шансом произвести приятное впечатление на «добычу», потому просьба была высказана максимально простодушно.

— Хм... Если хочешь, я расскажу тебе о них по дороге, — ожидания оправдались, и Сиэль мысленно погладил себя по голове, а вслух произнес:

— Очень любезно с твоей стороны. В свою очередь я... заранее предупреждаю тебя о предстоящей поездке на электричке, — подобный ход должен был показать фэйри, что он обеими руками «за» временное перемирие и, возможно, подстегнуть к более активным действиям. А их Сиэль ожидал с особым предвкушением.

— Своевременно, — поморщился Ши, однако в его голосе мелькнула легчайшая нотка благодарности. — Когда я посещал ваш мир в последний раз, поезда еще были паровыми. Ваш технический прогресс — сущая напасть.

— Правда? — неожиданно для самого себя заинтересовался Сиэль. — А какова была жизнь в то время?

Фэйри прикрыл глаза на мгновение.

— Неспешной. Но это лишь видимость, ваша сущность не изменилась.

Было в его тоне что-то такое, отчего Сиэль почувствовал неясный отголосок обиды за людей, хоть и сам не питал к ним особой любви.

— Думается мне, смертные еще удивят тебя, Дей, — с тайной уверенностью произнес он, добавляя про себя: «Я лично вытряхну из тебя пыль пренебрежения».

В ответ ему лишь натянуто улыбнулись.

***

Фэйри и в самом деле сдержал обещание: практически всю поездку стоял за плечом Сиэля и повествовал о Нейтральных — своеобразном государстве в государстве. А то, что голос его при этом по уровню соблазнительности нарушал все правила приличия, значения не имело.

Нейтральные оказались весьма любопытными существами. Владея не зависящими от пыльцы способами пересечения Пелены, они были проводниками, скрупулезно собирая ленты или, как говорили фэйри, пленки человеческих жизней, бережно переправляя эти воплощения душ через границу. И одновременно — столь же тщательно — следили за возрождением каждой обновленной души в мире смертных. Управлять этим непостижимым процессом они не могли, но направлять по нужному, правильному вектору имели возможность. И правильность эта исходила не из аппетитов остальных Кланов, а базировалась на законах куда более древних, чем Иной мир, и Жнецы чувствовали ее интуитивно. Недаром именно в их среде иногда появлялись Пифии — те, кто мог предугадывать необходимую вариативность реальности.

Одновременно Нейтральные служили ограничительным буфером по отношению к Иному миру. Не нуждающиеся в энергии душ, в отличие от светлых и темных, Жнецы представляли собой некое подобие административного звена, не беря, впрочем, власть в свои руки полностью. Единственной их слабостью, если можно так выразиться, и интересом были эмоции. Не способные в полной мере иметь собственные, эти фэйри заимствовали их у смертных и почти никогда — у своих. По словам Ши, на это был наложен негласный запрет, но на вопрос почему он не ответил.

Так же он уверил, что лично Сиэлю на территории Нейтрального ничего не грозило: по тому же неписанному закону фэйри и смертные были в равной степени неприкосновенны, а специальные чары, накладываемые на места обитания Жнецов, не позволяли гостям выслеживать друг друга после окончания встречи. Этот факт успокоил Сиэля куда больше теоретической защиты по условиям сделки.

К парку они подошли незадолго до полудня. Солнце, встряхнув слабеющими лучами, усовестилось и, давно растопив наметившийся за ночь иней, старалось отвоевать у времени кусочек тепла. Но свинцовые тучи, вольготно раскинувшиеся по небу, уже чувствовали себя хозяевами положения, упорно и непреклонно закрывая собою золотой диск.

Сиэль замер на тротуаре за пару шагов до ворот, мазнув взглядом по черному металлу. Со стороны фэйри казалось странным добровольно загонять себя в клетку из чуждого элемента, однако это же означало, что неприятностей от Низших за оградой точно не предвидится.

— Это здесь, — озвучил он очевидное и, чтобы скрыть нервозность, спросил: — Ты не сможешь отойти далеко, потому приватного разговора не получится. Не боишься, что я узнаю твои ужасные темные тайны?

Фраза неожиданно прозвучала куда более задиристо, чем предполагалось, и Ши, наверняка раздраженный отсутствием у Сиэля ожидаемой реакции на свой чарующий голос, не преминул огрызнуться в ответ:

— Неужто ты считаешь, что при общении между собой мы используем ваш примитивный язык?

Сиэль бросил на фэйри косой взгляд, однако, к разочарованию последнего, промолчал, лишь губы изогнулись в легкой, почти пренебрежительной улыбке.

В алых глазах всколыхнулось бешенство. Юноша отвернулся, и, улыбнувшись шире, ступил под неплотную сень вязов.

Винсент-сквер был далеко не самым красочным кусочком зелени на городском ландшафте и представлял собой покрытое травой поле в тринадцать акров почти правильной квадратной формы, окаймленное одним рядом деревьев. Он принадлежал Вестминстерской школе и использовался ее учениками для спортивных игр. По периметру находились каменные скамьи, расположенные столь редко и хаотично, что даже их наличие в целом не увеличивало желание посещать это унылое место с целью прогулок.

Сиэль прошел несколько ярдов, медленно ступая по золотисто-рыжему ковру из листьев и настороженно осматриваясь вокруг. В этот час сквер был пустынен, даже на кортах не оттачивала свои навыки местная детвора. Из какого именно места здесь мог вылезти Нейтральный, было не ясно.

Оглянувшись на фэйри и вопросительно приподняв бровь, он получил в ответ указующий жест в сторону одной из сиротливо стоящих скамей.

Приблизившись, озадаченно осмотрел ее, отмечая необычную сухость деревянного настила в столь ранний час, а также отсутствие опавших листьев на небольшом идеально круглом пятачке около скамейки. Взгляд тоже не находил ничего сверхъестественного, несмотря на мелькающие в воздухе вокруг сероватые отблески Пелены.

— Кроме странной тяги местного уборщика к кругам, не вижу ничего инородного, — слегка растерянно признался Сиэль, развернувшись к фэйри.

Тот криво усмехнулся и, найдя глазами что-то за его спиной, насмешливо переспросил:

— Уверен? А теперь?

И в тот же миг Сиэль затылком почувствовал чужой взгляд. Тяжелый, не злой и не добрый, он был скорее изучающим и почему-то — удивленным. Вверх по позвоночнику прошла волна обжигающего холода. Поднялась и схлынула, оставляя после себя несвоевременное чувство смутного узнавания. Сиэль медленно обернулся.

Этот фэйри, оказавшийся сидящим на скамье, был самым странным из тех, кого он встречал. Всё, начиная от выбеленных серебром длинных волос, практически полностью скрывающих лицо, и заканчивая изогнутыми заостренными ногтями и необъятным черным балахоном, внушало ужас и смех одновременно. Такое сочетание эмоций показалось до того диким, что Сиэль предпочел выбрать — негромко фыркнув, беззастенчиво осмотрел Ши еще раз, зацепившись взглядом за краешек жуткого шрама на щеке, и поздоровался первым.

— Доброе утро. Кажется, мы к вам.

Следующее, что он услышал — громкий хохот, от которого по коже невольно пробежала дрожь.

Ши выступил вперед, однако не сделал попытки успокоить собрата — наоборот, стоял и терпеливо ждал окончания смеха.

Наконец Жнец замолчал и повернулся к Сиэлю: тот буквально ощутил, что взгляд вновь направлен на него, и позволил легкому любопытству отразиться на лице.

— Неожиданная компания для тебя, Дей из Клана Пламенеющего льда. Как ты нашел этого Видящего?

Сиэль, оскорбленный тем, что его обсуждали в его же присутствии, ответил одновременно с фэйри:

— Так получилось, Гробовщик.

— Кто кого нашел — еще вопрос.

И после смерил Ши неприязненным взглядом, который проигнорировали, источая холод. Сиэль понял, что у кого-то случились очередные качели «влюбить — презирать».

Жнец наблюдал за этими переглядываниями со стороны и, казалось, едва сдерживал смех.

— Вот как? Позволите спросить, юноша? — вдруг подчеркнуто вежливо поинтересовался он. Сиэль коротко кивнул. — Вас посвятили в некоторые подробности биографии вашего спутника?

— В те, что касаются убийства, да. Фэ... Дей был столь любезен, что поведал о своей роли в произошедшем, а также о том, что в таких случаях принято обращаться к одному из вас.

Жнец расслабленно откинулся на спинку скамьи, переплетая пальцы в замок — кончики ногтей при этом коснулись запястий.

— Это так. Однако боюсь, судя по мрачному виду, Дей не захочет обсуждать проблему при Вас.

— Нестрашно, — уверенно произнес Сиэль и, помедлив мгновение, уселся на скамейку рядом с нейтралом, вытащил телефон и безмятежно добавил: — Я найду, чем заняться. Не стесняйся, Дей.

Жнец широко улыбнулся, выставляя напоказ чересчур острые зубы, и захихикал.

— Вы очень необычный смертный.

Сиэль отстраненно пожал плечами, уткнувшись взглядом в светящийся экран.

***

Дею быстро надоели взаимные расшаркивания. Зазвучал древний нечеловеческий язык.

— *Достаточно, Гробовщик. Этот человек не стоит твоего внимания. Что насчет убийства Меви? Сможешь помочь?*

— *Зря ты так. Малыш действительно хорош — сильный Видящий с крепкой волей. Не говоря о более важных талантах... Я вижу между вами связь долга. Он ведь спас тебя, не так ли?*

Темный оскалился, но заметив, что мальчишка на мгновение вскинул на него глаза, перевел оскал в теплую улыбку.

— *Не по доброте душевной уж точно. Он мнит себя великим стратегом и одновременно забывает о самых элементарных вещах. Да еще и совершенно без чувства самосохранения — если бы не договор, давно выпотрошил бы, больно язык длинный.*

Жнец хмыкнул.

— *Он у тебя имя потребовал?*

— *Нет, говорю же, о простых вещах забывает. Но тем не менее, развлечься за его счет можно, я сейчас как раз действую по старой схеме.*

Сизая макушка склонилась ниже, и смертный беззвучно зашевелил губами, что-то читая. Он выглядел абсолютно незаинтересованным в звуках незнакомого языка. Гробовщик снова захихикал.

— *Неужели пытаешься вызвать в нем чувство влюбленности?*

— *После этого падение души кажется особенно сладким,* — Дей чуть не облизнулся, представляя.

— *Вот как? Что ж, а я, пожалуй, поставлю на мальчишку.*

Подобное заявление из уст Легендарного Жнеца не могло радовать.

— *Надеюсь, твоя интуиция подведет тебя, но только в этом. Что с моим делом?*

Гробовщик выпрямился и стер с лица улыбку, приняв серьезный вид.

— *Брать твой свиток не вижу смысла: невиновность, конечно, докажешь, но настоящего убийцу не найдешь. А ты, я полагаю, хотел бы знать, кому перешел дорогу?*

Темный кивнул.

— *Судя по масштабу мести я как минимум разорил Клан средней руки. Проблема в том, что в последнее столетие я за собой такого не припомню. Ты сможешь достать свиток Меви?*

— *Мне безразлично, чей именно свиток изымать для просмотра,* — протянул Жнец. — *Цена будет одинакова.*

— *Что ты хочешь взамен?*

Он мог потребовать что угодно — от душ до истинного имени, хотя коллекционированием последних Нейтральные обычно не занимались. Дей мысленно проинспектировал свое имущество, но ничего ценнее родового оружия не нашел, а им Гробовщик едва ли заинтересовался бы. Значит, в лучшем случае, услуга.

Жнец опустил голову, словно задумавшись, а темный подавил желание заскрипеть зубами. Специальные выматывающие паузы Дей не любил. Особенно когда их применяли против него.

— *Пожалуй, ты сможешь оказать мне парочку мелких услуг,* — в конце концов ответил Гробовщик.

— *Слушаю.*

— *Для начала...* — он запустил руку в складки своего одеяния. — *Где же, положил ведь... А, вот!* — с этими словами на свет была извлечена небольшая темная коробочка. Гробовщик взвесил ее на ладони, а затем бросил Дею — тот машинально поймал. — *Храни у себя. Ты поймешь, когда придет время вернуть его хозяину.*

— *И все?* — Дей вздернул бровь. Просьба казалась подозрительно легкой. — *А кто хозяин?*

— *О, кому отдать, ты тоже поймешь, не беспокойся. А покуда расскажи мне, что за договор у тебя с этим юношей. Уж больно... соблазнительно узнать.*

Темный поморщился, окидывая прищуренным взглядом мальчишку. Тот, будто почувствовав, что речь зашла о нем, поднял глаза, сверкнувшие льдистой синевой. Да, пожалуй, этот цвет Дей в самом деле мог назвать красивым. Ободряюще улыбнувшись смертному, он сказал:

— *Не могу рассказать, по всем правилам заключен. Разве что... защищать его вынужден, хотя пока прецедентов не было.*

— *Вот как. И на какой срок защита?* — полюбопытствовал Жнец, сверкая улыбкой до ушей.

— *Пока невиновность не докажу.*

— *Непричастность к убийству ты докажешь меньше, чем через неделю. А значит, второй моей маленькой просьбой будет охрана этого малыша чуть дольше... скажем, пока коробочка хозяина не найдет.*

Дей пристально взглянул на Гробовщика, обдумывая услышанное.

— *Какое тебе дело до него?* — резко бросил он, на что Жнец неожиданно серьезно ответил:

— *Этот смертный заинтересовал меня. Защита — дело несложное, во всяком случае, пока на его след ищейки не напали. Обеспечишь ему безопасность, а там и хозяина коробочки встретишь. Тогда будем считать просьбу выполненной.*

— *Хорошо. Какова третья услуга?* — сухо произнес Дей, прикидывая, каким образом все же должен будет исполнить первую. И насколько придется растянуть вторую.

Гробовщик снова захихикал. По-видимому, его настроение менялось столь же стремительно, как переменный ветер.

— *Ее условие ты услышишь через несколько дней, когда я достану свиток.*

Темный не выдержал и заскрежетал-таки зубами. Мальчишка недоуменно посмотрел на него, но от вопросов, к своему счастью, воздержался.

— Вот и все, молодой человек, — вновь поразительно мягко проговорил Жнец, переходя на язык смертных. — Мы с Вашим спутником обо всем договорились. Буду рад увидеться с Вами еще раз.

Мелкий бесстрастно спрятал в карман свое устройство и улыбнулся. И от неожиданной искренности его улыбки у Дея свело скулы.

— Пожалуй, я тоже буду рад. Всего доброго.

Гробовщик поднялся и вдруг изящно поклонился мальчишке. Дей ошеломленно распахнул глаза, не веря в то, что видит: в поклоне не было ни тени наигранности.

— До встречи, Видящий, — лукавая усмешка осветила обезображенное лицо, и не успел смертный моргнуть, как фигура Жнеца растаяла в воздухе.

Мальчишка несколько секунд созерцал скамью, а затем молча пошел к выходу из сквера. Темный последовал за ним и на самой границе услышал тихое: «Береги его», рассыпавшееся шелестом листвы на ветру. Он тряхнул волосами, отгоняя иллюзию.

Сегодняшним вечером Дей намеревался еще на фут приблизиться к вожделенной цели.

***

Сиэль шел, чеканя шаг. На лице блуждала загадочная улыбка, а взгляд был холоден и мрачен. План поменялся: ждать, когда фэйри решится на более откровенные действия, он больше не желал. Пора было брать контроль над партией в свои руки.

Сиэль еле сдерживался, чтобы не остановить игру вовсе, и только врожденное упрямство и задетое самолюбие мешали в открытую высказать фэйри все, что он о нем думал.

До чего к месту порою был его Дар. Даже искаженный, ненормально сильный, неправильный — он спасал его.

Сиэль не умел говорить на языке фэйри, но это не мешало понимать, о чем говорят другие.

И разговор под вязами был чертовски познавательным.

Самый необъяснимым для Сиэля казалось расположение к нему Жнеца. Ведь с чего Нейтральному радеть за судьбу смертного, пусть и Видящего? Эти фэйри никогда не искали таких, как он, поскольку с путешествиями через Пелену прекрасно справлялись сами. А тут первая же встреча и такое явное внимание. Это настораживало, несмотря на то, что угрозы Сиэль не чувствовал. Как и страха, впрочем, что удивляло не меньше.

«Значит, решил повысить ставки, Ши? Отлично, я тоже не погнушаюсь».

Сердце пело какой-то злой радостью, что еще немного — и карты будут вскрыты. Что еще чуть-чуть, и заносчивый фэйри осознает, насколько изощренно могут мстить смертные. И как опасно бывает пытаться сломать некоторых из них.

А пока...

Сиэль криво усмехнулся, пользуясь тем, что Ши отставал от него на полшага. Затем поймал отражение своих глаз в одной из стеклянных витрин, тщательно вытравил из них отчуждение и обиду, подменяя интересом с едва уловимым вожделением. После чего при первом же удобном случае — в электричке — получившимся взглядом одарил фэйри, задерживаясь на его лице дольше, чем приличествовало.

Уловка сработала: тот с мелькнувшим в зрачках превосходством «поймал» его за разглядыванием. Сиэль усилил эффект, заметно покраснев. К счастью, своими эмоциями он владел практически в совершенстве.

— Любуешься, Сиэ-эль? — рокочуще протянул Ши, с удовлетворением наблюдая алеющие скулы и мочки ушей.

Сиэль гневно фыркнул, отводя взгляд и с преувеличенным интересом принимаясь изучать схему маршрутов за плечом фэйри.

— Было бы чем, — еле слышно, чтобы не заметили остальные пассажиры, съязвил он, не забыв, впрочем, облизнуть якобы пересохшие губы.

Ши неуловимо приблизился, а затем, оперевшись ладонями по обе стороны туловища юноши, отрезал все пути к отступлению, и Сиэль впервые нашел свою вертикальную позу у окна неудачной: попытка вырваться из невидимой простым людям ловушки выглядела бы по меньшей мере несуразно. Он и так неплохо представлял, что они видят: краснеющий непонятно с чего молодой человек, взглядом влюбленного девственника осматривающийся вокруг, при этом без мобильника в руках и хендсфри в ушах.

Фэйри, хотя сейчас Сиэль был отчаянно близок к идее называть темных демонами, как они и представлялись обычным смертным, наклонился почти к самому его лицу и, обдавая щеку горячим дыханием, искушающе прошептал:

— Но ты ведь нашел, чем. Посмотри на меня, Сиэль.

Голос был до того сладким, теплым и опасным, что Сиэль с трудом подавил в себе желание применить к его обладателю классический прием самообороны. Стиснув зубы, что со стороны наверняка смотрелось моральными терзаниями, он медленно поднял глаза, встречаясь взглядом с затянутой стылым пеплом огненной воронкой. Попутно мелькнула мысль, что их разница в росте — а Сиэль доставал макушкой до плеча Ши — казалась странно-гармоничной, несмотря на фальшивость отношений от первого до последнего слова.

Поддавшись мгновению, на несколько секунд он позволил себе затеряться в обжигающе-горьком пламени, на несколько вдохов позволил себе забыться, до рези в глазах вглядываясь во тьму чужих зрачков. И на краткий миг что-то дрогнуло в темной глубине, дрогнуло и отступило в неверии и испуге.

От краха кампании по воспитанию фэйри Сиэля спасло звуковое уведомление об очередной остановке. Он вздрогнул, осознав, что расстояние между их губами не превышало полу-дюйма, и, одним резким движением сбросив руку Ши, поспешил выйти из вагона.

Порыв ветра остудил горячие щеки и привел какофонию мыслей в порядок. Сиэль поправил шарф на шее, невозмутимо возобновляя путь. Полученный опыт принес неожиданный результат, который в будущем стоило учесть: больше упускать контроль Сиэль позволить себе не мог. А, следовало признать, он почти его упустил. И тот факт, что фэйри тоже выглядел слегка пришибленным, не действовал столь успокаивающе, как хотелось бы.

Дорога домой никогда еще не казалась такой долгой, и царапающий между лопатками взгляд только усугублял положение. Интуиция Сиэля обеспокоенно попискивала, напоминая, что он своим ходом следует в закрытое помещение, где останется с фэйри наедине. И никакие голоса, повествующие об остановке, уже не помогут. Можно было надеяться разве что на предупредительность и явное неприятие Ши корогушем — в случае чего он смог бы вернуть Сиэля на землю.

По возвращению в квартиру юноша погладил приветственно мурлыкнувшего кота и поспешно улизнул в свою спальню: ему необходима была отсрочка, оправданная переодеванием.

Наконец, облачившись в плотные брюки и контрастно-тонкую рубашку, он вернулся в зал. Есть хотелось независимо от присутствия в доме неблагополучных личностей.

Фэйри был там же, где и всегда, и на сей раз одаривал своим высочайшим вниманием небольшую книжку, придерживая ее одной рукой.

Сначала Сиэль порадовался тому, что прямо сейчас заводить диалог нет необходимости, но, присмотревшись, понял, что в своей коллекции такой обложки не припомнит. Машинально приблизившись, недоверчиво вгляделся в название, чувствуя, как внутри вновь поднимает голову гнев.

— Ты что, украл ее из библиотеки?! — воскликнул он, вмиг позабыв о минутной слабости в электричке и последовавшим за ней смятением. — Совсем спятил?!

Фэйри застыл и медленно поднял на Сиэля недоуменный взгляд.

— Разве ваша библиотека не создана для того, чтобы люди брали в ней книги? Или ты собираешься поставить мне в упрек то, что я не человек?

Такая кристальная обида плескалась в алых глазах, не обрамленная даже тенью лжи и превосходства, что в груди Сиэля защемило. Именно это заставило его перегореть: удивленно и, вместе с тем, мягко улыбнуться — впервые по-настоящему искренне.

«Кто бы мог подумать, что напряжение отпустит меня после дурацкой придирки к книге. Даже у такого, как он, оказывается, могут быть привычные, почти человеческие черты».

— В следующий раз просто принеси выбранные книги мне, я запишу их на свое имя.

Ши пристально вгляделся в его глаза и вдруг беззлобно фыркнул:

— Ты слишком сильно цепляешься за условности. Но если тебе от этого легче, будь по-твоему.

Сиэль кивнул и отправился сооружать легкий перекус, краем глаза замечая, что фэйри, понаблюдав за ним некоторое время, вернулся к книге.

Спустя три часа, проведенные на удивление мирно, Сиэль захлопнул «Мост через вечность» Баха, мысленно сделав пометку обдумать содержание перед сном, и вперил ожидающий взгляд в Ши. Тот держался недолго и через пару минут тяжело вздохнул, закрыв одолженную книгу. У Сиэля закралось подозрение, что чтение сборника давно пошло по третьему, если не четвертому кругу, но фэйри это, кажется, не смущало.

— Что такое, Сиэль? — терпеливо осведомился он.

— Думаю, самое время продолжить обучение, — твердо ответил Сиэль, рассудив, что частое обращение к нему по имени — очередная составляющая «плана соблазнения».

— Уверен, что... — начал фэйри, но, верно оценив приподнятую бровь юноши, кивнул. — Хорошо.

В этот раз передвигать кресло он не стал: поднялся на ноги и пересел на диван самостоятельно. Сиэль снова не отшатнулся лишь усилием воли. Непонятное чувство это было — столь яркое недоверие, несмотря на то, что разумом он понимал: сейчас фэйри просто-напросто невыгодно вредить.

— Сегодня мы изменим тактику, так как повторное путешествие в пустоту грозит тебе если не смертью, то слабоумием точно. Один из способов контролировать Силу — распылить ее на более мелкие составляющие и осознать их по отдельности. Этот путь не так прост, как упражнение с пустотой, обычно им пользуются взрослые фэйри, стремящиеся наиболее полно овладеть врожденными способностями. Самый удобный вариант — работа с памятью. Чем качественнее структурированы воспоминания, тем выше контроль над сознанием и тем лучше подчиняется Сила. Пока понятно?

— То есть мне придется переворошить всю свою память? — уточнил Сиэль, внутренне подобравшись: в памяти он покопался бы с большим удовольствием и, скажем так, далеко идущими целями.

— Не просто переворошить, но и разложить по... Мне будет проще показать.

— Ты хочешь залезть ко мне в голову? — Сиэль напрягся, неосознанно отодвигаясь, и фэйри, увидев его реакцию, понимающе хмыкнул.

— Это не потребуется, каталогизацией будешь заниматься сам. Чтобы ты понял принцип, я позволю увидеть мой вариант ячеистой памяти.

Сиэль прищурился, пытаясь разглядеть сквозь идеальные черты хотя бы намек на нелицеприятное второе дно, но безуспешно. Интуиция молчала.

— Ты сам-то не волнуешься, что я узнаю лишнее?

— Про язык же помнишь? Да и мало шансов у тебя что-то увидеть. Ты поймешь, почему.

— Тогда приступай. Что нужно делать?

Ши улыбнулся.

— Для начала не дергаться. Мне нужно будет повторить вчерашний фокус. Потерпишь?

Он протянул руки и, помедлив, прикоснулся подушечками пальцев к вискам Сиэля. Тот не успел вовремя закрыть глаза и испытал острое чувство дежавю: лицо фэйри вновь приблизилось на преступно-волнующее расстояние. Зажмурился Сиэль почти бессознательно.

На сей раз пространство вокруг казалось куда более безопасным, чем стерильная белизна. Хотя бы потому, что представляло собой архив с неисчислимым множеством невысоких закрытых шкафчиков, уходящих во всех направлениях к горизонту, светло-коричневой плиткой под ногами, мягким сероватым освещением и уютным креслом в центральном, свободном от шкафов месте.

Сиэль окинул взглядом ровные ряды архива, понимая, что именно хотел показать Ши: по какой-то одному ему понятной системе в этих ящиках хранились воспоминания. А такая разрозненная осмысленность давала лучшее понимание собственной Силы. Сиэль не до конца понимал механизм этой связи, но чувствовал, что проверить стоит на собственном опыте.

Решив осмотреться, он двинулся к одному из шкафов, ощущая на себе внимательный взгляд. Очевидно, что фэйри наблюдал за гостем в своем сознании. Дверца шкафчика не поддалась, когда Сиэль попытался открыть ее. Уверенность Ши в сохранности компромата стала понятна.

Оставив попытки, Сиэль медленно пошел вглубь комнаты, осматривая шкафы в надежде понять принцип систематизации, но те были совершенно одинаковыми без единой отметки о содержимом. Видимо, фэйри ориентировался в своей памяти как-то иначе.

Сиэль не знал, как течет время здесь, внутри, но казалось, что среди рядов он бродил уже несколько часов. Картина не менялась до тех пор, пока он не заметил впереди что-то необычное, выбивающееся из привычного уже пейзажа. Озадаченный, подошел ближе, пристально следя за едва заметными серебристыми колыханиями воздуха — они по форме слегка напоминали Пелену, но, в отличие от последней, были легче и ярче. Нахмурившись, Сиэль протянул руку, дотрагиваясь до одного из всполохов и тут же ойкнул, одернув ладонь: эта штука жглась.

Он было решил, что таким образом Ши защитил особо важную часть памяти, а всполохи — своеобразный стоп-сигнал, однако неожиданно в месте своего прикосновения заметил постепенно расширяющуюся прореху. А за ней — странный темный туман, смотревшийся в светлом архиве слишком инородно, чтобы пустить все на самотек. К тому же Сиэль вполне справедливо рассудил, что раз хозяин памяти смотрит и не выставляет его из своего сознания, то ничего страшного он не делает.

Поэтому в следующее мгновение Сиэль рванул мерцающее полотно обеими руками, морщась от неприятного жжения, но не прекращая — и защита, как истлевшая за века ткань, буквально рассыпалась под его пальцами.

И только максимально расширив прореху, он всмотрелся вглубь, ощутив, как перехватило дыхание: за тонкой завесой были точно такие же шкафы, как и в остальном архиве, только — обуглившиеся, словно не до конца сгоревшие. Совсем сломанных не оказалось, но Сиэлю хватило и этого: он замер, холодея от возможных версий произошедшего. Даже на его дилетантский взгляд ничем хорошим здесь не пахло. А еще — и Сиэль чувствовал это каким-то шестым чувством — Ши и сам не знал об этом пепелище.

С этой мыслью его выкинуло в реальность.

Фэйри сидел, крепко сжимая голову ладонями, и смотрел на него с откровенным ужасом и шоком во взгляде.

Сиэль вздохнул. Кажется, не он один мог похвастаться наличием в памяти белых пятен.

Или, в данном случае — выжженных.
_______________________________________
Электричка: vk.com/wall-88757796_9 :inlove:
Сквер: vk.com/ann_sunday2?w=wall-88757796_10

@темы: Себэль, Чары

URL
Комментарии
2015-03-01 в 22:33 

Fuyu-no-Yume
Я ещё много хорошего натворю… ©
А я буду первой, а я буду первой, ня! ^____^
Итак… сюжет продолжает медленно, но верно стремиться вперёд. Вот уже наши герои нашли битые кластеры в собственной памяти. Судя по всему, в следующей главе нас ожидает интереснейший процесс дефрагментации мозгов Дея! :pc: Забавно будет посмотреть, во что это выльется, в том числе и для Сиэля :tongue:. А вообще интересно получается, что защита этих горелых файлов в голове Ши рассыпалась от прикосновения Сиэльки. Видимо, совсем не рассчитывал никто, что такое сумасшедшее стечение обстоятельств в жизни Ши может произойти: встретить именно Сиэля, впустить его в свою голову погулять, так ещё и дать пощупать там пару-тройку вполне определённых извилин:-D. Даже жаль немного Дея – столько стресса на его потусторонне-магическую головушку свалилось. А сколько ещё свалится…:evil:

2015-03-01 в 23:19 

День Новой Главы настал!!! ))) И глава очень порадовала! Встреча с Гробовщиком удалась, хороший "крёстный фей" у Сиэля получился, и мелькнувшая после пояснений Дея о Нейтральных мысль о том, что Гробовщик - Пифия, повеселила от души ))))) А в коробочке, наверно, то самое кольцо? ;)

2015-03-03 в 15:20 

de_maria_na
Окукливание по любви / Плавать по морю необходимо, жить – не так уж необходимо.
2015-03-03 в 17:18 

Other Side
Ты пускаешь его в свою голову, а он....
Хи-хи-хи, надеюсь обойдётся без руко/ногопрекладства... :smirk:
Хочу видеть реаакцию Дея на... да на всё, в общем-то: и на понимание его недофлирта, и на наплевательское отношение к языковым барьерам, и вообще.
Гробовщик удивлён? То есть он даже не надеялся на их "скорую" встречу?:D Но "фея" хорошая, да. Фея то что надо))
А вообще, не прибьёт же его Дей теперь? Ну не станет же?

2015-03-14 в 18:55 

S. Kaspij
Я не верю в страшные сказки.
Fuyu-no-Yume, Судя по всему, в следующей главе нас ожидает интереснейший процесс дефрагментации мозгов Дея!
не совсем....
А вообще интересно получается, что защита этих горелых файлов в голове Ши рассыпалась от прикосновения Сиэльки.
Ну, его туда случайно занесло...
А сколько ещё свалится…
о да....:angel2:

dont_forget, прямо так "День Новой Главы" :lol: Аж смущабельно как-то:-D
Гробовщик - Пифия, повеселила от души ))))) А в коробочке, наверно, то самое кольцо?
Ну.. может быть и так;-)

de_maria_na, :ura::gh::sunny:

Other Side, надеюсь обойдётся без руко/ногопрекладства...
Вроде должно, хотя черт его знает...:shuffle:
да на всё, в общем-то: и на понимание его недофлирта, и на наплевательское отношение к языковым барьерам, и вообще.
О, и я, и я!! :shuffle::-D
То есть он даже не надеялся на их "скорую" встречу?
Ну. он знал, что она рано или поздно может случиться, но специально их не сводил=)
Фея то что надо
Ага!:tease4:
А вообще, не прибьёт же его Дей теперь? Ну не станет же?
Ну... вроде как не должен, рано еще:-D

URL
   

Et le ciel a mis ses ailes

главная