Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
14:38 

Чары. Глава 6.

S. Kaspij
Я не верю в страшные сказки.
Чары
Автор: СинийКаспий
Пэйринг: Sebastian/Ciel
Рейтинг: R
Жанры: Романтика, Драма, Мистика, Психология, Hurt/comfort, AU, Повседневность, Мифические существа, UST.
Предупреждения: OOC, Насилие. /нецензурная лексика под вопросом/
Описание:
Тончайшей Пеленою укрыт Иной мир, окружен тайной, огражден чарами от глаз простых смертных. Попасть в него трудно, выбраться живым – практически невозможно.
А если вдруг не повезло тебе родиться Видящим, то прячься, беги без оглядки, ибо дар твой нежданный – проклятие.
Публикация на других ресурсах: Запрещено.
Примечания автора: Почти пост 1-й сезон (расхождение чуть раньше), особой жестокости не ожидается. Модерн-АУ.
Демон по своей сущности далек от канона Яны, равно как и от церковного демонического канона. Потому не поленюсь повторить: ООС! Всех и вся, не удивляйтесь. Правда, с обоснуем.
Сказка, как и всегда.


Пролог. Глава 1.
Глава 2.
Глава 3.
Глава 4.
Глава 5.

Глава 6. Клеймо.

Пусть
Там, за дистанцией личности
Бред.
Кто запретит мне
Желанную мысль.
Там, где вопрос
Заменяет ответ.
Там, где реальность и сон
Разошлись.
Джэм, «Реальность и сон».


Сон мягко обволакивал сознание и нежно целовал дрожащие ресницы. Нега теплым бризом окутала тело, принеся с собой уют и полузабытое ощущение спокойствия.

Сиэлю при таком раскладе просыпаться совсем не хотелось. Он смутно помнил о подробностях ночного происшествия, но прийти к логическому заключению, что именно фэйри поспособствовал столь крепкому его сну, сумел с легкостью.

В мотивах этого во всех отношениях неожиданного поступка разбираться было откровенно лень. Во всяком случае, в данный момент времени, когда мир казался удивительно прозрачным и светлым. Все-таки полноценный и безмятежный сон Сиэль воспринимал как личное и очень редкое в его жизни чудо. А потому возвращение в реальность, где придется вновь продумывать многоходовые стратегии в попытке выжить, оттягивал всеми возможными способами.

И самым действенным из них сразу после сна казалось недолгое посещение свежевыдуманной территории — Библиотеки.

Сиэль про себя называл это место именно так — с большой буквы и с намеком на величественность. Попасть сюда после первого раза оказалось чрезвычайно просто, будто теперь в его сознании на постоянной основе маячила особая дверь, ведущая в зашифрованный мир книжных стеллажей. Достаточно просто сделать шаг.

Пока Библиотека оставалась весьма далека от претенциозных планов Сиэля и непосредственно библиотеку напоминала мало. По сути, комната представляла собой сплетение серых полупрозрачных нитей, схожих по своему составу с Пеленой. Эту схожесть Сиэль использовал интуитивно, притянув ее из внешнего мира: ведь управлять подобными потоками ему уже приходилось. От нитей исходил равномерный серебристый свет, а более плотные сгустки изображали метафорические полки. В настоящий момент таких «полок» было две, и на каждой из них свернулись переливающимися радужными комочками воспоминания.

На самом деле, Сиэль и сам еще не до конца понимал, как именно происходит фрагментация. По сути, за пределами этой плетеной комнаты бушевал разноцветный вихрь, вмещающий в себя все воспоминания. На первый взгляд он был невообразимо хаотичным, однако Сиэль уже успел заметить, что некая система в нем присутствовала: на поверхности, в видном глазу слое находились последние воспоминания, а чем дальше к сердцу вихря, тем старше они становились. Сиэль полагал, что в центре — как только дойдет до него, разумеется, — обнаружит свою младенческую память.

Он не был уверен, что действительно хотел бы видеть себя — пусть и со стороны — в столь непрезентабельном виде, однако выбора ему не предоставили: память просматривалась либо вся, либо никакая. А сходить с ума не хотелось больше, чем не видеть себя пускающим слюни и тянущим в рот все подряд.

Сам процесс напоминал работу с компьютером: Сиэль мысленно вводил необходимые критерии поиска, и ворох воспоминаний практически сыпался ему под ноги, отсеиваясь из общего вихря. Он не знал, по каким именно параметрам стоит сортировать память, чтобы позже в ней было удобно ориентироваться, но воспользовался советом фэйри и выделил заранее несколько основных вех — крайне значимых событий в его жизни. Они весьма удобно разделили ее почти на равные промежутки, и разбираться с каждым из них Сиэль планировал по отдельности. Проще всего оказалось с навыками и знаниями: память о прочитанных накануне книгах укладывалась аккуратными стопками в одноименном углу, которому в будущем предстояло стать отдельным крылом библиотеки.

Немного повозившись среди трогательно мерцавших комочков, Сиэль рассудил, что пора вернуться в мир. Перед ним ожидаемо встала проблема определения времени пребывания в собственном разуме: вчера он отнюдь не светился здоровьем после трехчасового отсутствия, и, по-хорошему, отправляться гулять по альковам памяти без наблюдения фэйри не следовало.

Покинуть увлекательное во всех отношениях место оказалось легко: стоило подумать о выходе, как знакомая дверь возникла перед носом Сиэля, сверкая иллюзорной позолотой на ручке.

Он распахнул глаза. В воздухе вокруг слабо мерцали дымчатые всполохи Пелены, и впервые они не вызвали отвращения. Сиэль улыбнулся и невесомо скользнул кончиками пальцев по ближайшему завихрению, подумав о том, что, быть может, в идее с Библиотекой наметятся и другие плюсы, помимо контроля силы.

Снеж, словно прочитав его мысли, замурчал под боком, привычно напрашиваясь на ласку. Сиэль улыбнулся шире и запустил руку в густую шерсть. Давненько он не помнил за собой такого благостного настроения. Благостного настолько, что его случайную причину хотелось вполне искренне поблагодарить.

Место дислокации фэйри не изменилось — это первое, что заметил Сиэль, войдя в гостиную.

— Доброе утро, Дей, — несмотря на вчерашнее перемирие, о «продолжении игры» он прекрасно помнил. Новые мотивы и тактика фэйри были пока неясны, поэтому логичным ходом казалось вывести его из равновесия. И поблагодарить таким нехитрым образом заодно.

— Доброе... Сиэль, — губы Ши искривились насмешливо, но глаза остались серьезны. — Присядь-ка.

Сиэль приподнял брови, но опустился на стул, задним умом поняв: тело сработало на опережение и выполнило просьбу почти инстинктивно. А это очень, очень плохая тенденция.

— Что-то натворить успел? — настороженно поинтересовался он, ловко скрыв недоумение от собственной реакции.

Фэйри встал с кресла, прошествовал на кухню, и менее чем через минуту на столе перед Сиэлем возникла тарелка с овсянкой. Брови взлетели вверх повторно.

— Я что, вчера ночью все-таки узнал твое имя и успел приказать стать моим слугой прежде, чем ты стер мне память? — медленно проговорил Сиэль, наблюдая, как наполняется вторая тарелка, и Ши занимает место напротив.

— Едва ли. Трупам слуги не нужны. А ты именно им и стал бы, — спокойно отозвался фэйри, ехидно ухмыльнувшись. — Поверь, тебя при случае даже знание имени не спасет, выговорить его не успеешь.

Подобный тон куда лучше ассоциировался с амплуа высокомерной сволочи, поэтому Сиэль расслабился и смерил кашу задумчивым взглядом.

— Тогда может, она отравлена? Стрихнин, цианид, пурген? Фейские штучки? — рассеянно перечислив варианты, он покачал головой. — Хотя вряд ли, мелковато для тебя как-то. Полным идиотом все же не выглядишь.

— Весьма любезно с твоей стороны признать это.

— Пустяки, мне не жалко.

— Не сомневаюсь. Кстати, как ты относишься к оранжевому цвету? — неожиданно спросил фэйри, прищурившись.

Овсянку он уминал исправно, и Сиэль, убедившись, что, по крайней мере, проглотить ее может без летального исхода, последовал его примеру.

— О чем ты? — судя по взгляду и картинной невинности вопроса, Сиэля ожидал подвох. Правда, непонятно, в чем он заключался.

— А к серым стенам и тесной компании не отягощенных интеллектом человеческих особей мужского пола на длительный срок? — еще невиннее продолжил фэйри и подпер ладонью щеку.

Сиэль вздохнул, отложил ложку и, откинувшись на спинку стула, мрачно бросил:

— Ха-ха. Будем считать, ты пошутил, я посмеялся. В чем дело?

— Тут не далее, чем час назад полисмен в гости заглядывал. Кажется, в вашем мире одиночный выстрел ночью в благоустроенном районе не считается обыденностью. Даже скучно, — с удовольствием ответил фэйри, внимательно наблюдая за лицом Сиэля.

Тот на мгновение замер, затем пробежал глазами по фигуре Ши, отмечая все детали, и медленно выдохнул. Как бы странно ни звучало, но волнения по поводу произошедшего он не испытывал. И, судя по невозмутимой физиономии фэйри, небезосновательно.

— Он хоть живой? — с интересом спросил Сиэль, окончательно успокоившись.

Фэйри недовольно цокнул:

— Совсем не нервничаешь? У тебя есть какой-то тайный план, как от разбирательства увильнуть?

— Конечно. Этот тайный план меня сейчас завтраком накормил, — Сиэль улыбнулся, глядя на чужое недоумение, и, прежде чем фэйри успел открыть рот, добавил: — Знаю, тебе просто было бы неудобно вытаскивать свою Вуаль из-за решетки, и все же. Спасибо.

Ши хмыкнул, отзеркалив улыбку. У него она вышла озадаченной.

— И впрямь читаешь, надо же... Ты ведь понимаешь, насколько это странно?

Сиэль проглотил последнюю ложку каши и придвинул к себе чашку. Удивительно, но даже чай фэйри умудрился заварить ровно так, как он любил. И кто из них кого читает?

— Ага. Но по мне это даже забавно. Я видел Высших, но ни один из них не был столь... прозрачен. Любопытный феномен.

— Рано или поздно я выясню, в чем дело.

— Разумеется, и мне сказать не забудь.

Повисшую тишину разбавила трель телефонного звонка. Сиэль нахмурился, увидев имя звонившего, но после секундных раздумий негромко ответил:

— Слушаю.

— Нам нужна помощь.

Сиэль покосился на фэйри, обреченно понимая, что тот слышит каждое слово.

— Этан, я ведь предупреждал, что со мной пока нельзя связываться.

— Да, но... думаю, это вопрос жизни и смерти.

— О чем ты?

В трубке послышался судорожный вздох, и Этан затараторил, словно пытаясь торопливостью скрыть волнение.

— У нас новенький. За ним следили, но что-то пошло не так. У него... Сиэль, никто из нас никогда такого не видел. Мы не знаем, что делать. Может, ты поймешь больше?

— Все настолько серьезно? Он не подождет несколько дней? — Сиэль рефлекторно погладил подлетевшего под руку Снежка.

— Нет, ему становится хуже. Сиэль, — в голосе юноши прорезалась откровенная паника, — пожалуйста, приезжай. Джесс дает обезболивающие, но они не помогают.

Сиэль похолодел и вцепился в шерсть корогуша.

— Где он? — отрывисто спросил он, понимая, что выбора не осталось.

— В третьей, вместе с Джесс, — с заметным облегчением ответил Этан. — Спасибо.

— Буду через час, — сухо отозвался Сиэль и жестко добавил: — В квартире должны остаться только Джесс и ребенок. Это понятно?

— Конечно, как скажешь, — если юноша и удивился, то ничем не показал этого.

Сиэль отключился и нервно завертел телефон в руке.

Если Этан решился позвонить ему, несмотря на категоричный запрет, значит, случилось нечто действительно страшное. С каких пор Видящим требовались обезболивающие после получения силы? Сиэль, в отличие от мальчишки, не был уверен в том, что сможет «понять больше», но попытаться стоило. Оставалась только одна проблема.

Он закусил губу, думая, как обыграть ситуацию с наименьшими потерями, и поднял глаза на фэйри. Несколько мгновений они молча смотрели друг на друга, пока наконец тот не произнес:

— Услуга.

Сиэль непонимающе захлопал ресницами.

— Что?

— Этот мальчик Видящий, и тебе необходимо встретиться с ним, верно? Я слышал достаточно, чтобы понять, что в твоей помощи нуждаются. Так сходи, я мешать не буду. Возможно, даже помогу, если смогу, — размеренно пояснил Ши, склонив голову на бок.

Подобная покладистость со стороны Высшего казалась Сиэлю подозрительнее прежней игры во влюбленность.

— И взамен хочешь услугу?

— Именно.

Сиэль облизал пересохшие губы и взъерошил волосы, лихорадочно просчитывая варианты.

— Она будет касаться только меня лично. Не желаю втягивать в это детей, — помедлив, сказал он, с сожалением понимая, что ступил на чертовски тонкий лед. Но и бросить своих не представлялось возможным.

— Идет, — неожиданно легко согласился фэйри. — Услуга будет касаться только тебя и не включать в себя рабство. Обещаю.

Оценив эту любезность, Сиэль недоверчиво хмыкнул и поднялся из-за стола. Фэйри с утра пораньше выдавал сюрпризы один за другим.

Десять минут спустя Сиэль бегло осмотрел гостиную, проверяя, не забыл ли чего. Взгляд невольно зацепился за шторы.

— Ты их все-таки вернул, — выдохнул он, не слишком рьяно стремясь скрыть удивление.

Ши промолчал, мимолетно улыбнувшись, но стоило Сиэлю повернуться к двери и начать возиться с ключами, как его шею обдало горячим дыханием:

— Я ведь сказал, что внес поправки в свою тактику и конечный итог, Сиэль.

Сиэль на миг застыл, почувствовав смутно-знакомую волну тепла, прошедшую по позвоночнику, но быстро взял себя в руки. Оглянувшись через плечо, он насмешливо улыбнулся:

— Не ты один, Дей.

Предвкушение, вспыхнувшее в алых глазах, не замедлило отразиться в синих.

***

Ехать предстояло дальше, чем на работу, и Сиэль прокручивал в голове все возможные нелицеприятные определения, которыми наградит его Ши, как только узнает, что сегодняшний день для него ознаменуется знакомством с городскими автобусами. Но, к удивлению Сиэля, фэйри за всю дорогу не проронил ни слова, держась за его спиной и только негромко фыркнув во время пересадки.

Третьей точкой называлось одно из временных убежищ. Надолго в таких квартирах или комнатах не задерживались — они служили скорее перевалочными пунктами, меняющимися раз в несколько месяцев. Средства на оплату поступали окольными путями из различных благотворительных организаций, основанных утратившими силу Видящими. Такая система, разработанная задолго до рождения Сиэля, успешно работала и поныне.

Главной ее целью был своевременный поиск и безболезненная адаптация к Дару потенциальных Видящих. На деле, разница между ними и обычными смертными относительно легко определялась более опытными носителями: ребенок, близкий к получению силы, казался буквально обвит всполохами Пелены, в то время как остальных Иной мир отторгал, и пепельно-серые сгустки почти не прикасались к ним. К счастью, фэйри «симпатию» Пелены не ощущали, а значит, не могли находить Видящих (как будущих, так и настоящих) по этому признаку.

То, что с просьбой о помощи позвонили именно Сиэлю, также было вполне закономерно: на данный момент он являлся одним из самых сильных и опытных Видящих в своем регионе. Впрочем, опыт исчислялся исключительно возрастом получения силы, потому положение Сиэля было временным. Так, во всяком случае, считалось, поскольку в проблему с усиливающимся Даром он никого не посвящал.

Наконец они добрались до места. Андервуд-стрит, мало отличаясь от других улиц Хакнея, предстала перед Сиэлем вереницей утопленных в бетоне и асфальте домов с островками задушенной выхлопными газами зелени. Невзрачная и совершенно заурядная картина, почти карикатурно отличающаяся от привычных для него мест. Однако здесь из-за не самой благоприятной экологической обстановки чрезвычайно редко можно было встретить фэйри, а нестабильная ситуация с рынком недвижимости прекрасно обеспечивала конспиративными квартирами.

Нужный дом не радовал глаза грязно-кирпичными стенами и смотрел на мир окнами с выкрашенными в бледно-голубой деревянными рамами. В узком проулке, несмотря на предобеденный час, было пыльно и пустынно.

Сиэль уверенно прошел к парадному входу и, прежде чем скользнуть в стылую сырость подъезда, шепнул, не оборачиваясь:

— Она тебя не увидит. Постарайся вести себя тихо.

Согласие фэйри подразумевалось, потому Сиэль спокойно начал подниматься по лестнице: квартира располагалась на последнем, четвертом этаже — дополнительная мера предосторожности.

Дверь открыла миловидная женщина средних лет. Тревожное выражение ее лица немного сгладилось, когда она увидела гостя.

— Сиэль, слава Богу, ты приехал! — с облегчением воскликнула она, втянув молча кивнувшего юношу внутрь, и начала споро вводить в курс дела: — Его зовут Томми, четыре дня назад у него умер кот, а на следующую ночь появилось это. Мы пытались лечить, но даже кровь остановить не удается. Сегодня жар усилился, я дала ему снотворное. Кажется, оно увеличивается.

Сиэль, краем глаза следивший за шагнувшим следом фэйри, снял пальто и размотал шарф, оставив его пушистым облаком лежать на плечах. Одновременно обдумывал рассказ: Джесс явно недоговаривала.

— Он в спальне, я провожу, — спохватилась она, нервно сминая пальцами край растянутого красного свитера.

— Не стоит, я вижу. Сходите выпить чаю, — отрезал Сиэль и, не обращая внимания на женщину, свернул в узкий коридор, безошибочно определяя по колебаниям Пелены местонахождение ребенка.

Прежде чем толкнуть выщербленную дверь в спальню, он, сам до конца не понимая, зачем, переглянулся с Ши.

Комната выглядела так же, как и остальная квартира — тщательно вычищенная, но старая мебель, выцветшие желтоватые обои, отслоившаяся штукатурка на потолке. Сиэль не понаслышке знал о состоянии таких убежищ и сейчас не задерживался взглядом на окружающих вещах, сосредоточившись на узкой кровати у стены.

Среди одеял на животе, заботливо укрытый по пояс лежал мальчишка лет десяти от роду. Пелена вокруг клубилась плотным маревом и, словно щенок, ластилась к тонкой фигуре.

Сиэль приблизился, раздраженно отмахнувшись от всполохов, осмотрел белобрысую макушку, острые углы лопаток, тощую спину и вдруг застыл, пораженно охнув: кожу под левой лопаткой уродовал глубокий ожог. Рана была совсем свежей, воспалившейся и кровоточащей.

Сглотнув, он склонился над ней, пытаясь не думать о том, что должен сейчас чувствовать мальчик. Запекшаяся кровь не позволяла полностью рассмотреть контуры раны, но и видимых участков хватило, чтобы понять: больше всего она напоминала клеймо.

— Откуда, черт возьми, это взялось? Кто мог сотворить такое? — выдохнул Сиэль, неосознанно подаваясь назад, к фэйри. Тот осмотрел ребенка с равнодушием, однако на вопрос ответил.

— Мне известно это клеймо, — заметив, с каким выражением посмотрел на него Сиэль, он фыркнул и сложил на груди руки. — Не поедай меня взглядом. Лично я руку к подобному никогда не прикладывал.

— Расскажешь? — без особой надежды спросил юноша.

— Я ведь обещал помочь, — кивнул фэйри, пристально смотря на него. Сиэль невольно встретил ищущий взгляд и уже не сумел оторваться от ставшей неправильно-привычной бездны. — Этот ребенок искусственно инициирован.

— То есть не природный Видящий?

— Да. Эксперимент проводился на протяжении нескольких веков. Так как Видящие — предмет редкий, некоторые Кланы сообща придумали способ создавать их. Для этого находят детские души нужного качества, на тела ставят клеймо — определенный символ с вплетенными в него чарами — а затем детей закалывают на специальном алтаре. При следующем рождении этих душ триггером для инициации Дара служит более мелкая психологическая травма, чем обычно. Достаточно, как здесь, гибели питомца. После на коже начинает проступать клеймо — так, будто его сделали снова. Оно заживает примерно за одну-две недели, в это время формируются и активируются чары в символе, и по истечении срока фэйри, участвовавшие в ритуале, узнают о появлении нового Видящего. Из-за чар у таких душ нет шанса спрятаться или отказаться от амулета.

— Это... это омерзительно, — Сиэль побледнел, чувствуя приступ дурноты. Колени ослабели, и он, сам того не замечая, шагнул к фэйри, всматриваясь в его глаза и не веря в услышанное. — Но как Нейтральные допустили такое? Разве они не следят за балансом?

— Последний ритуал проводился в позапрошлом веке. Сейчас он официально запрещен, но отмеченные души приходят в ваш мир до сих пор, и, поскольку невозможно ни отследить их до проявления клейма, ни просчитать срок возрождения, Жнецы вынуждены закрывать на это глаза.

Сиэль увидел, как в алеющих радужках разгорелось нечто, катастрофически напоминающее сожаление, и, резко отвернувшись к постели, глухо произнес:

— Это можно как-то исправить или он обречен?

Тишина за спиной никогда еще не казалась столь долгой. Он вздрогнул, когда на плечо мягко опустилась чужая ладонь, и глубокий голос прозвучал невыносимо успокаивающе:

— Я попробую.

Фэйри отстранил Сиэля и присел на корточки возле кровати. Затем протянул руку к ране, небрежно промокнул ее простыней — абрис клейма проступил четче. Сиэль нахмурился, ощущая, как нечто странное скребется на краю сознания, пытаясь пробиться к нему, почти крича о своей важности. Он засмотрелся на кровавые линии на нежной коже и не сразу услышал, как его зовут.

— Сиэль!

Он моргнул, и странное чувство пропало, как ни бывало.

— Что? Я задумался.

Фэйри иронично изогнул бровь, словно говоря: «кого ты пытаешься обмануть?».

— Зрелище будет неаппетитное. Отвернись.

Сиэль упрямо сжал губы. Отвернуться только потому, что увидит что-то отвратительное? Что может быть хуже уже имеющегося клейма? И с каких пор Высший приказывает ему?

— Нет, — твердо заявил он, приготовившись к спору, но Ши только фыркнул и пожал плечами.

— Как хочешь, я предупредил.

А после резко провел по краю раны, одновременно изменяя свой ноготь — нетронутую клеймом кожу пропорол аспидный коготь.

Сиэль дернулся было, но наткнулся на предупреждающий взгляд и остался на месте, а фэйри продолжил экзекуцию — благо, снотворное оказалось крепким.

И, напряженно следя, как нарушаются очертания клейма, Сиэль осознал: для правильности наложения чар и включения «маячка» необходима идеальная точность рисунка. Стоит добавить лишние элементы, как это сделал фэйри, и душа освободится.

Тем временем рана начала неестественно быстро затягиваться: присмотревшись, Сиэль заметил, что сама Пелена помогает залечивать ее. В итоге на коже остался едва заметный шрам, в котором уже нельзя было разобрать изображение.

Ши опустил руку, возвращая ей более человеческий вид, и поднялся.

— Больше ничего не случится. Связь нарушена, мальчишка — обычный Видящий, это изменить при всем желании не получилось бы, — равнодушно резюмировал он, глядя на Сиэля. — Удовлетворен?

Тот резко втянул носом воздух, намереваясь огрызнуться, как обычно, но промолчал: непонятное пламя, облизывающее зрачки фэйри, заставило вновь задуматься о его мотивах. Раздумья в силу тотальной нехватки информации ни к чему не привели, и Сиэль разрешил себе искреннюю благодарную улыбку.

— Вполне. По пути домой зайдем за продуктами. Кое-кому понравилось какао, — вдоволь насладившись мелькнувшим во взгляде фэйри изумлением, он со спокойным сердцем вышел из спальни. Зная, что Ши последует за ним, и едва ли не впервые испытывая от этого парадоксально приятные эмоции.

Джесс, очевидно, не послушала совета и маячила в коридоре, теребя несчастный свитер настолько беспокойно, что умудрилась распустить часть петель. Увидев Сиэля, она подлетела к нему и с затаенной надеждой заглянула в лицо.

— Жить будет, Джесс, — опередил ее Сиэль, интуитивно предупреждая душевные излияния. — Как очнется, перевези его на другую точку, а дальше по стандартной схеме.

Женщина понятливо закивала, но от вопроса не удержалась:

— Ты понял, что это, Сиэль?

Он покачал головой и расплывчато пояснил:

— Очередная ловушка от Иного мира.

Попрощавшись, наконец, покинул квартиру и, спустившись на этаж ниже, не выдержал — остановился перед очередным лестничным пролетом и прикрыл глаза.

Зудящее чувство на краю сознания, стоило только вспомнить клеймо, вернулось. Сиэль сжал виски, почти насильно концентрируясь на этом ощущении и выуживая его на поверхность. Разум омыло туманным сплетением нитей его Библиотеки.

Фэйри что-то произнес, но его голос донесся, словно из-под толщи воды. Сиэль поморщился и вновь сосредоточился на изображении клейма. Что-то не так было в этом рисунке, что-то безумно знакомое виднелось за переплетением двух... кого? Лент, виноградных лоз? Змей?

На этом варианте сознание затопило пронзительно-белым, и перед зажмуренными глазами Сиэля проступила череда вспышек-картин.

Высокое, в полный рост зеркало в старинной раме.

Обнаженная мальчишеская, почти детская спина в отражении.

Давно зарубцевавшееся клеймо под левой лопаткой.

Руки, затянутые в белоснежный атлас, мягко скользящие по плечам.

Взгляд кобальтовых глаз — усталый, обреченный, но не смирившийся.

И, как апогей, голос, искаженный, но отзывающийся теплотой в сердце:

«— Хотите, я уберу его, милорд?

— Нет. Это напоминание».


Увиденное настолько ошеломило Сиэля, что он по наитию шагнул вперед — шагнул там, в воспоминаниях, желая ухватить их и узнать больше. В реальности его тело сделало резкий, неожиданный и слишком широкий шаг — нога, опершись на самый край ступени, подогнулась, и Сиэль, не успев вынырнуть из памяти, полетел вниз.

Правда, пролететь он смог только пару ступеней — фэйри бесцеремонно сцапал его, отняв возможность познать романтику переломанных конечностей, и рывком вернул на площадку между этажами.

— Окончательно спятил, мелкий?! Ты вообще под ноги смотришь?! — гневно прошипел он, притягивая Сиэля за грудки и отнюдь не легонько встряхивая. — Не вздумай самоубиться, пока ты моя Вуаль!

И вот тут Сиэль, не очнувшись толком от новой информации, отправил желание не ссориться подальше и не менее гневно выпалил:

— Что?! Какое ты имеешь право на меня орать?! Самовлюбленный эгоистичный нелюдь!

Глаза Ши окрасились кровью, и Сиэля обдало холодом и льдом от спавшей Вуали.

— Забыл, с кем разговариваешь? Недалекий человечишка, мнящий себя стратегом!

— Серьезно думаешь, что раскусил меня? Наивная феечка, мнящая себя богом! — Сиэля несло, но останавливаться он не собирался, выплескивая недавнюю панику и общее напряжение, не утихающее в последние дни, на удачно подвернувшийся объект.

Фэйри встряхнул его снова, приподняв над полом, и выплюнул в лицо:

— Было бы кого кусать. Неоперившегося юнца, рыдающего во сне и боящегося собственной тени?

Сиэль дернулся, как от пощечины, и вцепился в чужие руки.

— Зато я хотя бы немного помню, о чем рыдать.

Расширенные до предела зрачки подсказали, что фраза попала в цель. Ши зарычал и с силой отшвырнул его от себя. Сиэль неловко рухнул на плиты. Острая боль в лодыжке бесстрастно уведомила, что ногу он, если не сломал, то подвернул точно.

— Поднимайся, смертное недоразумение, — голосом фэйри можно было резать сталь. — Я милостиво предположу, что ты повредился в уме.

С этими словами он развернулся и нарочито медленно начал спускаться вниз.

«Помнит про радиус действия Вуали, сволочь клыкастая!» — Сиэль проводил его взглядом и попытался встать. Ногу вновь прострелило болью, но, кажется, сильным растяжением дело и ограничилось.

Принять вертикальное положение удалось, когда фэйри спустился на четырнадцать ступеней — Сиэль считал машинально. Выдать свою травму означало подписаться под каждым адресованным ему словом, поэтому он стиснул зубы и неторопливо, будто специально так задумывалось, пошел вниз.

Миновав десятую ступеньку, Сиэль подавил болезненный стон. Два пролета спустя на глаза против воли навернулись слезы. Путь домой обещал стать незабываемым. По счастью, Ши не спешил оборачиваться, но Сиэль понимал, что везение это временное, и всерьез рассматривал перспективу вызвать такси у подъезда.

Сейчас, оглядываясь назад, он осознавал, как выглядел разговор со стороны. Он повел себя неоправданно глупо, сорвавшись и в клочья разорвав хрупкое, едва наметившееся между ними взаимопонимание. И ради чего? Чтобы высказать все, что думает о фэйри? Чтобы услышать в ответ и так известные гадости? Чтобы разбить даже иллюзию того, что человек и Высший могут верить друг другу?

А в глубине души тлела еще одна искорка, в пыль размалывавшая его совесть. Сиэль не признавался самому себе в том, что поведение фэйри в последние два дня все-таки затронуло в нем что-то, и оттого тяжелое молчание, повисшее между ними, душило не хуже угарного газа.

Он почти смирился с мыслью о такси в ближайшем будущем и бойкоте со стороны фэйри в отдаленном, и не успел среагировать и стереть с лица болезненное выражение, не говоря уж о влаге на ресницах. Ши обернулся стремительно, мгновенно сканируя взглядом, помимо этих прелестей, вцепившиеся в перила руки, побледневшее лицо и упрямо-печальные глаза.

Несколько секунд он, морщась, оценивал состояние Сиэля, а затем совершил невероятное: приблизившись, одним слитным движением подхватил его под лопатками и коленями, осторожно поднимая на руки.

И, пока Сиэль осмысливал произошедшее, фэйри сквозь чернильное пятно шагнул в гостиную на Брук-стрит, осмотрелся и, не слишком аккуратно скинув юношу на диван, с отчетливым удовольствием произнес:

— В следующий раз это будет пол, а не диван.

Логический якорь вспомнился моментально.

— Эй, я ведь в тебя не попал!

— Если бы попал, выбор бы был между полом и третьим этажом. Причем я склоняюсь ко второму варианту.

Взгляд фэйри, несмотря на непроницаемую мину, искрился смехом, и Сиэль понял, что его простили. Он подтянулся выше, устроил поврежденную ногу и воззрился на Ши.

— Почему? — неслышно выдохнул, не уверенный, что действительно хочет услышать причину.

Фэйри невозмутимо стянул с него шарф и пальто, жестом дал понять, чтобы Сиэль разулся. Тот послушался, озадаченный его поведением. Когда верхняя одежда заняла надлежащее место в шкафу, Ши вернулся и опустился у дивана на одно колено.

— Дей... ты что делаешь? — не выдержал Сиэль.

— Просто помолчи, — ответил фэйри, закатав штанину на больной ноге.

Сиэль с всевозрастающим недоумением наблюдал, как тот внимательно осмотрел голеностопный сустав и бережно, едва ли не нежно обхватил его ладонями. Но следующий поступок фэйри впечатался в память Сиэля каленым железом: он наклонился и на мгновение прикоснулся губами чуть выше сцепленных рук. След поцелуя продолжал гореть на коже даже после того, как губы ее покинули.

Картинка коленопреклоненного фэйри полыхнула в сознании лилейным цветом, наложившись на новую вспышку.

«— Как вы умудрились порезаться, милорд?

— Ты виноват...

— Конечно. Давайте, полечу?

— Поцелуи?.. Разве это не придумали, чтобы малышей успокаивать?

— У демонов они работают куда лучше, не так ли? Посмотрите, даже крови не осталось».


Сиэль вернулся в реальность от легкого щелчка по носу.

— Очнись, спящая дитятя, или я и впрямь начну думать, что недопадение повредило твой рассудок.

Он с легким недоумением уставился на насмешливо щурящегося фэйри и выдохнул, не задумываясь:

— Поцелуи?.. Разве это не придумали, чтобы малышей успокаивать?

— У фэйри они работают куда лучше, не так ли? Сам попробуй, ведь уже не больно?

Но Сиэль, вместо того, чтобы проверить вылеченную ногу, откинулся на подушки и в изнеможении закрыл глаза.

Он тоже всерьез начал беспокоиться за целостность своего рассудка.

@темы: Себэль, Чары

URL
Комментарии
2015-05-16 в 19:01 

de_maria_na
Окукливание по любви / Плавать по морю необходимо, жить – не так уж необходимо.
S. Kaspij, :red::red::red: спасибо!
Не могу дождаться, когда они все вспомнят:heart:

2015-05-16 в 22:15 

Niel Ellington
And I'd choose you; in a hundred lifetimes, in a hundred worlds, in any version of reality.
:hlop::hlop::hlop:
Сумасшедший поворот ) И вот мне интересно: тогда, в 19-м (если я правильно помню таймлайн канона; постоянно путаюсь в хронологии) веке, Сиэль не знал о фэйри, Ши, Видящих и прочем и считал Себастьяна только лишь демоном, обычным ( :laugh: ) демоном - верно? И если да, то почему Себастьян не рассказал... хотя нет, это понятно. Скорее так: как он сумел не проколоться, и почему Сиэль ничего не понял по оговоркам Гробовщика и жнецов - а те ведь наверняка были, ибо у этих персон не было резона скрывать свою сущность и свой мир от Сиэля, в отличие от Себастьяна, у которого могли быть какие-то свои "демонические" причины?

2015-05-17 в 08:43 

_Фалька_
Если ты чувствуешь, что оставаться человеком стоит — пусть это ничего не дает, — ты все равно их победил. Джордж Оруэлл - "1984"(с)
Очень интересно и захватывающе!:bravo::bravo::bravo::hlop::hlop::hlop: )

2015-06-12 в 21:51 

S. Kaspij
Я не верю в страшные сказки.
de_maria_na, долго ждать придется еще, ой долго))))

Niel Ellington, это еще не поворот, а приятная плюшка вплетения канона, и все))
демоном - верно?
Верно.
Скорее так: как он сумел не проколоться, и почему Сиэль ничего не понял по оговоркам Гробовщика и жнецов - а те ведь наверняка были, ибо у этих персон не было резона скрывать свою сущность и свой мир от Сиэля, в отличие от Себастьяна, у которого могли быть какие-то свои "демонические" причины?
Не, у них такая политика: для смертных они демоны и ангелы (эго выросло, не сотрешь). Силька был, при всех его прелестях, всего лишь контрагентом, простым смертным, пусть и с сильной душой. Ему не нужно было знать больше... ведь за фразой "а мы не ангелы, парень.. демоны":shuffle: последовала бы резонная "а нафига вам тогда души?". нам этого не надо пока.
к слову, объясняловки на тему демонов будут в следующей главе между делом.
_Фалька_, спасибо, люблю цветы, хоть слова больше)))

URL
2015-06-13 в 16:33 

Niel Ellington
And I'd choose you; in a hundred lifetimes, in a hundred worlds, in any version of reality.
S. Kaspij, ясно, спасибо :)
Ждем главу тогда :alles:

а мы не ангелы, парень
:friend: Наткнулась недавно, уже неделю слушаю ее не переставая.

2015-06-13 в 19:35 

S. Kaspij
Я не верю в страшные сказки.
Niel Ellington, ясно, спасибо
да не за что)) поздновато спохватилась я, чтобы ответить))
Наткнулась недавно, уже неделю слушаю ее не переставая.
:friend2: везет вам, этот период насыщения самый приятный)))

URL
2015-06-13 в 19:48 

Niel Ellington
And I'd choose you; in a hundred lifetimes, in a hundred worlds, in any version of reality.
S. Kaspij, да-да, обожаю такое время :)

   

Et le ciel a mis ses ailes

главная