15:22 

"Чары", Глава 7.

S. Kaspij
Я не верю в страшные сказки.
Чары
Автор: СинийКаспий
Пэйринг: Sebastian/Ciel
Рейтинг: R
Жанры: Романтика, Драма, Мистика, Психология, Hurt/comfort, AU, Повседневность, Мифические существа, UST.
Предупреждения: OOC, Насилие.
Описание:
Тончайшей Пеленою укрыт Иной мир, окружен тайной, огражден чарами от глаз простых смертных. Попасть в него трудно, выбраться живым – практически невозможно.
А если вдруг не повезло тебе родиться Видящим, то прячься, беги без оглядки, ибо дар твой нежданный – проклятие.
Публикация на других ресурсах: Запрещено.
Примечания автора: * Почти пост 1-й сезон (расхождение чуть раньше).
* Модерн-АУ.
* UST.
* Демоны по своей сущности далеки от канона Яны, равно как и от церковного канона. Разумеется, все с обоснуем.

С вычиткой оказывает помощь Демон М.


Пролог. Глава 1.
Глава 2.
Глава 3.
Глава 4.
Глава 5.
Глава 6.

Глава 7. Себастьян.

Но ветер носит в голове моей обрывки фраз,
А память кружит вальс.
И в этом вихре мне не спрятать взгляд от Вас,
И не сойти на фальшь.
Ведь всякий раз опускаясь в омут,
Я вижу сны, будто возвращаюсь,
А вырываясь – бросаюсь снова,
Уже привычно и так знакомо,
Опять прощание не прощаясь.
Ясвена, «Сколько зим».


Дей проследил взглядом за откинувшимся на подушки мальчишкой, но, поймав себя на невольном разглядывании, поморщился и поднялся на ноги. Положа руку на сердце, поначалу он и сам не смог бы объяснить причину своего алогично трепетного к Сиэлю отношения.

Он предвидел, что тот подхватит их игру даже в скорректированном виде, но и помыслить не мог, что увязнет в ней сам. Однако, Дей, как и любой выходец из Иного мира, не мог открыто лгать. А себе еще и не любил — чересчур бессмысленным виделось это занятие. Потому, заметив, что Сиэль затих, уйдя в свои мысли, не замедлил проанализировать собственные.

С утра перед ним действительно стоял выбор: использовать чары и защитить мальчишку от разбирательств с местными органами правопорядка или же развлечься, оставшись сторонним наблюдателем. На первый взгляд, ответ очевиден: Ши не имел никакого желания последние, как он надеялся, дни в мире смертных обретаться по их тюремным камерам в худшем случае и таскаться на всевозможные слушания в лучшем. Но, убеждая полисмена, что выстрел соседям послышался, Дей совершенно отчетливо понял: далеко не в личном комфорте дело.

После осознания этого, идея с завтраком явилась удивительно естественным продолжением, причем он был неприятно поражен тем фактом, что готовка не вызвала ни малейших затруднений: машинальные, пусть и слегка скованные движения совсем не требовалось осмысливать. А пепелище посылало одну за другой волны уверенности и какого-то странного удовлетворения. Над этим следовало задуматься.

Пикировки с Сиэлем и раньше были забавны, а теперь и вовсе начали приносить удовольствие. Дей скрывал его со всей тщательностью — с этим мелким смертным, без труда читающим эмоции, приходилось держать ухо востро — но игнорировать не смел.

Он вообще пребывал в непонятном состоянии легкой эйфории и находил, что ведет себя, как не разменявший и второй сотни лет юнец. Где это видано, чтобы Высший вместо того, чтобы силой присвоить бесхозного, буквально упавшего в руки Видящего спасает его от клейма, поставленного своими же сородичами? Более того, практически ничего не требует взамен, ведь финт с «услугой» придумывается исключительно ради сохранения реноме нечеловечески хитрого Ши.

И все это, чтобы доказать одному синеглазому мальчишке: его, Дея, необязательно так неистово ненавидеть, как остальных. И — в самой глубине души — чтобы еще раз увидеть искреннюю, полную неверия и благодарности улыбку.

На вопрос, какое ему дело до чувств Сиэля к фэйри в целом и к нему в частности, Дей отвечать пока не рисковал: неясное предчувствие говорило, что с последствиями ответа разобраться будет сложно. Но он не был бы собой, если бы не попытался предотвратить развитие сулящих проблемы эмоций — результатом стала безобразная сцена на лестнице. Дей видел, что смертный витает в облаках, словно вспоминает что-то важное, но не захотел упускать шанс урегулировать ситуацию и вышел из себя. Ответный выпад оказался неожиданно неприятным, как и весь последующий разговор.

Поэтому разозлился он вполне натурально и всеми силами намеревался удержать с трудом возвращенную дистанцию, вот только импульсивное желание оглянуться сыграло с ним злую шутку: выражение боли на лице мальчишки вызвало сильнейший дискомфорт. Такой, что на руки Дей подхватил Сиэля быстрее, чем подумал об этом. Ну а несколько более интимный вид лечения, чем позволяли их отношения, стал замечательной кульминацией и окончательно убедил в том, что предотвращение вышло из рук вон плохо.

Скорость смирения со смертной сущностью Сиэля беспокоила. Даже с учетом извечной тяги фэйри ко всему новому и необычному, Дей полагал: понадобится минимум пара лет, чтобы допустить привлекательность человека. А здесь немногим меньше недели... Будто он давным-давно уже обдумал эту мысль, но она, в отсутствии необходимости, спала в темных глубинах сознания.

Дей скользнул к выжженному участку памяти и на пробу прикоснулся к одному из шкафов — метафизическую руку прошила ожидаемая вспышка острой боли. Кивнув, он продолжил эксперимент: сформировал сгусток презрения и неприязни, направленный на Сиэля, и запустил в тот же шкаф — боль сменилась тянущей, словно говорящей: «Да как ты можешь». Следующим шагом стала смена полярности эмоций: на порцию интереса и нежности к смертному шкаф отозвался довольным мурчанием и, казалось, немного посветлел.

Каких-либо иллюзий в отношении итогов опыта Дей не питал, прекрасно зная: эти шкафы, равно как и все окружающее пространство, — неотъемлемая, пусть и забытая, часть личности, и пытаться отделить эмоции заблокированной памяти от настоящей или вовсе отрицать их попросту глупо. Как бы то ни было, но однажды, больше века назад, он определенно чувствовал привязанность к человеку, хоть звучало это невероятно, и сейчас история повторялась, разворачиваясь под влиянием памяти стремительнее, чем в первый раз.

Оставался лишь вопрос: отчего именно этот смертный вызывал излишнюю активность пепелища? Возможно, он подсознательно напоминал того, кто в прошлом стал адресатом нетипичных для фэйри чувств. С которым, к слову, также необходимо было разобраться — щеголять с изувеченным архивом воспоминаний Дею не хотелось.

Из раздумий Ши вывело ощущение чужого взгляда: Сиэль, уложив подбородок на колени и обхватив их руками, задумчиво созерцал его лицо. В синих глазах тонула странная смесь опасения и затаенной надежды. Впрочем, к своему величайшему сожалению, в чувствах мальчишки Дей не мог считаться экспертом.

— Не ожидал от тебя, — тихо проговорил тот, не отводя взгляд. — С самого утра не устаешь изумлять. Мы оба знаем, что твоя новая маска неполноценна и полупроницаема для меня, но, даже если эти добрые дела — лишь ее часть, я... Спасибо. Правда, спасибо, Дей.

И было нечто подкупающе искреннее в его интонации, что не позволило темному вновь закрыться: мягкая, как шерстка новорожденного котенка, волна теплоты вырвалась из закрытой памяти и вдребезги разбила порыв огрызнуться. Единственное, на что он нашел в себе силы — это шутливо-грозно проворчать:

— И вовсе не стоит благодарности, человечишка. Ты же мне услугу теперь должен и поверь, я придумаю нечто грандиозное.

Сиэль на попытку выпада понимающе усмехнулся, и Дей почти не удивился. Он начинал привыкать к тому, что предположительные реакции мальчишки исполняются с точностью до наоборот, во всяком случае касающиеся его лично.

— Мы по моей милости продукты не купили, — продолжил тем временем Сиэль, склонив голову на бок. — Я бы послал Снежика за всякими мелочами вроде хлеба, но не хватает не только его. Не откажешься прогуляться?

Дей понял, что, как ни странно, в этом конкретном случае его мнением действительно интересуются, как будто при отказе смертный в самом деле никуда не пойдет. Открытие неожиданно польстило.

— Помнится, кто-то угрожал выдачей моего местоположения, если я попробую удержать его здесь против воли, — высокомерно заявил он, поднимаясь на ноги. Сиэль задрал голову, не выпуская его из поля зрения, и еле заметно улыбнулся.

— Значит, решено, — резюмировал он, затем, жестом подозвав корогуша, прошептал: — Снежка, пойдем с нами: такси для собственного района вызывать глупо, а позволить нашему высокородному Ши увенчать список добрых дел на сегодня переноской пакетов я не могу.

— Предпочтешь, чтобы его увенчала переноска тебя? — не мог не ответить Дей, наблюдая, как мальчишка вновь натягивает пальто.

— Ну, еще не вечер, — бесстрашно заявил тот и, подмигнув опешившему темному, вышел из квартиры.

***

Это был определенно самый странный поход за продуктами в жизни Сиэля. По счастью, покупателей в ближайшем супермаркете оказалось мало, и удалось обойтись без запечатления его постной физиономии на экраны вездесущих мобильников. В противном случае фото вышло бы впечатляющим, и периодически взлетающие в воздух продукты адекватности ему точно не добавили бы. Временами Сиэль даже пытался оттащить увлекшегося Ши от стеллажей, что со стороны наверняка представляло собой типичную картину шизофрении.

Единственным, кто сохранил относительную невозмутимость, был Снежик. Он еще перед входом в магазин завис над макушкой Сиэля мрачным облачком, ласково обвив шею хвостом, и индифферентно дрейфовал вслед за ним, лишь изредка лениво оскаливая зубы, когда фэйри чересчур беспардонно отмахивался от его хозяина.

У Ши и впрямь открылась прямо-таки патологическая страсть к людским продуктам и недюжинный опыт в их выборе. Причем на недоуменный взгляд Сиэля, вопрошающий «Откуда?», он заявил, что де, «Кто как не высокородный Ши из Клана Пламенеющего льда будет разбираться в ваших смертных источниках энергии», однако глаза при этом все же отвел. Видимо, снова что-то из заблокированной памяти откликнулось.

Спустя двадцать минут после первой перебранки по поводу качества и срока изготовления маринованных огурцов, Сиэль сдался и махнул рукой, позволив фэйри отправиться в самостоятельное плавание. Только следил иногда, чтобы за денежный лимит не выходил да полиэтиленовых упаковок на хлебе не чурался. Тот дарованной свободы, кажется, даже не заметил, контуженной бабочкой порхая от холодильника к холодильнику, перебирая каждую пачку и обнюхивая все мало-мальски подозрительное. Под последнее определение у фэйри попадали герметично закрытые продукты (то есть, почти все) и, как ни странно, фрукты — связку бананов он оглядывал-ощупывал минуты три столь тщательно, будто собирался подать ее к столу Ее Величества.

На деликатное же предложение купить готовые полуфабрикаты смерил Сиэля таким взглядом, что тот счел за лучшее прикинуться полкой, но не успел и выслушал семиминутную лекцию на тему полезности для здоровья свежего мяса. Читал ее фэйри с видимым удовольствием, да так складно, что стало очевидно: помнит-не помнит, а читает явно не в первый раз. В итоге купили два фунта говяжьей вырезки, свежей.

Под конец к кассе подполз бледного вида юноша, затуманенный взгляд которого однозначно показывал, что находиться он предпочел бы где угодно, но не здесь. А чуть позже продавец мог наблюдать, как полупудовые пакеты испаряются из его рук, отчего юноша непонимающе хмурится, а затем улыбается.

Сиэль благородному порыву фэйри приятно удивился и осаждать неожиданного помощника не стал. Теперь расстановка сменилась: Ши, расслабленно покачивая пакетами и тем самым подчеркивая разницу в их силе, шел на шаг впереди, а Сиэль, засунув руки в карманы, следовал за ним, меланхолично осматривая улицу.

Погода радовала неверным ускользающим теплом. Неяркое солнце, как напоминание о прошедшем лете, светло щурилось из-за жемчужного кружева туч и почти не слепило глаза. Прохожие, не видя фэйри, но подсознательно ощущая присутствие, обтекали его по бокам, оставляя свободным путь для Сиэля — мелочь, но в людской толпе мелочь приятная.

Сам Сиэль пребывал в прекрасном расположении духа. Конфликт на лестнице разрешился более чем удачно, фэйри, кажется, не держал на него зла (чего, стоит признать, он втайне опасался), на их жизни никто не покушался, а Библиотека продолжала расти — все это приводило его в состояние отрешенного умиротворения.

Омрачали эту идиллию лишь посылаемые растревоженной памятью туманные видения. Сиэль чувствовал, что добровольно провел параллель между ними и фэйри, ляпнув фразу о нестандартном лечении.

«Мало мне усугубившейся детализированности кошмаров после появления этого Высшего, так теперь и наяву смутное ощущение сопричастности и близости не отпускает, — уныло думал он. — Такими темпами я привыкну к нему сильнее, чем следует».

Они уже свернули на Брук-стрит, когда в кристально-прозрачном разуме Сиэля взвившимся пламенем свечи вспыхнула яркая алая точка, задрожала на ветру, замерла на несколько мгновений — и пропала, словно ее и не было.

Сиэль запнулся и чуть не впечатался носом в спину фэйри, лихорадочно раскидывая сеть взгляда — едва светящиеся индиговые нити рассыпались в воздухе, сплетаясь с серебристыми всполохами Пелены, и, подхваченные ими, устремились в разные стороны. Долю секунды спустя по ним, как по натянутым струнам, вернулся разочарованный звон: «Ничего, ничего, пусто, пусто».

— Что такое? Ты что-то увидел? — фэйри обернулся и просканировал Сиэля настороженным взглядом.

— Нет, — тот поморщился, сбрасывая наваждение, — показалось.

— Если заметишь что-то странное, сообщи. Скорее всего за мной уже отправили двойки, — в голосе фэйри проскользнуло напряжение, и Сиэль согласно кивнул.

— Разумеется, Дей. Это в моих интересах, сам понимаешь.

Но вспышка не повторилась, и домой добрались без приключений. А, не спеша разбирая пакеты и краем уха слушая поучительный рассказ фэйри о тушеных овощах, Сиэль и вовсе решил, что она ему привиделась — после фантасмагорических картин из прошлого еще и не то казалось возможным. Все одно — игры сознания.

Чуть погодя фэйри сам вызвался приготовить ужин, и Сиэль не нашел ни одной причины отказать ему в такой малости, но на всякий случай решил проконтролировать процесс. Удивительно, но Ши подтвердил на практике, что не понаслышке знаком с человеческой кухней, хоть так и не признался, откуда. Так что вскоре Сиэль самоустранился от готовки и с удобством расположился за столом, наблюдая за мерно нарезающим салат фэйри. Постепенно давно терзающий его вопрос сформулировался сам собой.

— Дей?

— М-м?

— Почему вы представляетесь людям демонами? А светлые — ангелами? Почему не фэйри?

Размеренный стук ножа прервался, и фэйри удивленно посмотрел на него.

— У вас, Видящих, такая широкая и продуманная сеть, и вы не знаете?

— Кхм... а должны? Информация не жизненно необходимая для нас, и брать ради нее «языка» слишком опасно, — пояснил Сиэль очевидную, на его взгляд, истину.

— Хорошо, тогда подумай сам. Как много людям известно о фэйри? Если задаться целью и хорошо поискать?

— Достаточно, — помедлив, произнес Сиэль. — И про холмы, и про дни особые, и праздники. Про некоторые привычки и внешний вид...

— ... и про оружие против нас, — добавил Ши.

— Но убить чистым железом можно только Низших, тебе оно просто неприятно, не более.

— Однако Низших куда больше, чем Высших. В любом случае, о фэйри знают немало и по-настоящему ценная часть этой информации опасно правдива. А теперь ответь, как много люди знают о демонах? — фэйри отложил нож и теперь смотрел на Сиэля спокойно и серьезно.

— С учетом того, что их не существует?

— Это ты такой просвещенный, а простых смертных, знаешь ли, успокаивает концепция ада и рая. И — главное — ни про ангелов, ни про демонов им толком ничего не известно. Вернее, почти все сведения выдумали мы. А те, что не выдумали, взяли у фэйри для большего сходства. В итоге получилась практически идеальная морально-этическая ловушка для смертных без особого ущерба с нашей стороны.

Сиэль опустил взгляд, задумчиво разглядывая безукоризненно нарезанную кучку зелени. Вещи фэйри говорил здравые.

— Хочешь сказать, что ты, заключая со смертным контракт на его душу, называешься демоном потому, что ему легче воспринять это? И заодно подстраховываешь себя на случай, если попадется желающий сбросить ярмо? Вроде экзорциста?

— Именно. Все эти выдуманные штуки с ритуалами и молитвами заведомо бесполезны, — фэйри довольно хмыкнул, увидев, как вытянулось лицо Сиэля.

— Но ведь ставки выше, вы не можете слишком явно мухлевать. Так, как привыкли, я имею в виду. Как вы обходите запрет на ложь? Не можешь же ты чистосердечно повторять «Я и демон, и повар»?

— Почему нет, Сиэль? — фэйри покачал головой, вновь взял нож, взмахнул им и назидательно произнес: — Если человек искренне верит во что-то, разве подтверждание существования этого будет считаться для него ложью? Наша задача только подтолкнуть веру в нужном направлении. Да, когда речь идет о душе, за словами мы следим тщательно. Условием контракта может быть не одно желание, порой выполнение отнимает несколько лет. Но рано или поздно душа уходит к нам, и ты, возможно, не поверишь, но люди куда охотнее «поглощаются демоном и низвергаются в ад», чем воплощаются на Той стороне.

— Хм... — задумчиво протянул Сиэль, мысленно соглашаясь с подобной тактикой: поддерживать чужие иллюзорные убеждения казалось вполне в стиле фэйри. — А ангелы? Если не спасают, то?..

— Отчего же не спасают? Еще как, иной раз даже переусердствуют. Но ты ведь понимаешь, что разница между нами невелика. Темные подпитываются любой энергией души, растягивая процесс на десятки лет, светлые же довольствуются кратковременным всплеском благодарности и счастья, после чего отправляют ее на перерождение. А суть...

— ...одна. Развоплощение, — отрывисто выдохнул Сиэль, невольно поежившись.

— На какой-то отрезок времени — да, — невозмутимо отозвался фэйри. — Зря боишься. По большому счету, все, так или иначе, возвращаются в этот мир.

— Но никогда не возвращаются прежними.

— За редким исключением, верно, — мерный стук возобновился, и Сиэль посчитал тему закрытой.

Вздохнув, он положил голову на скрещенные руки и продолжил медитацию. Говорят, бесконечно можно смотреть на три вещи. Сиэль подредактировал список, добавив четвертым пунктом «наблюдение за готовящим для тебя фэйри». В итоге, с учетом периодически льющейся из крана воды, зрелище перед ним было, что называется, «три в одном».

Правда, с течением времени Сиэль поймал себя на мысли, что неприлично долго сосредоточился взглядом на руках фэйри с редким переключением на его же лицо, и что даже под страхом смерти не сможет вспомнить названия запланированного блюда. Еще и Снеж после возвращения из магазина вел себя на удивление тихо — проще говоря, бессовестно дрых, свернувшись клубком на диване, поэтому не следил за колебаниями морального маятника своего хозяина.

Черты Ши казались идеальными. Впрочем, они и были такими, тут Сиэль не позволил себе смалодушничать. Вот только никаких особенных чувств эти черты сами по себе не вызывали, напротив, подпитываясь многолетней ненавистью к Иным, внушали неприязнь и опасение. И все бы хорошо, внушай они неприязнь и опасение до сих пор.

Сиэль прекрасно отдавал себе отчет в том, что внешность слишком давно не играла никакой роли. И если сначала она была ему просто безразлична, то теперь с каждым пробуждением памяти, с каждым искренним жестом и словом Дея, становилась безразлична в квадрате. Потому что фэйри вызывал в нем куда более важные и непростые эмоции, чтобы связывать их исключительно с внешним видом.

Хотя, безусловно, отсутствие откровенных уродств радовало: принадлежность к Высшим избавляла фэйри от врожденного изъяна — первого бросающегося в глаза отличия от смертных. Наличие, скажем, звериной пасти или носа едва ли повлияло бы на исход сделки, однако обеспечило бы Сиэля не одним десятком неловких минут. Хотя бы в той же электричке, поскольку уверенность фэйри в их привлекательности для людей от наружности не зависела.

Он задумался над тем, сколь быстро Дей проник под защитную маску равнодушия, и не сразу понял, что его повышенный интерес не остался незамеченным.

— Нравлюсь? — внезапно спросил Ши, и Сиэль, не задумываясь, брякнул:

— Нет.

— Нет? — мгновение искреннего недоумения с нотой обиды перекрылось ироничной насмешкой. — И ведь не лжешь, я бы услышал. Что ж так? Чем не угодил?

— Не пойми неправильно... — Сиэль замялся, не зная, стоит ли отвечать. — Приторная идеальность — не мой тип.

Такая формулировка фэйри не устроила.

— Для «не твоего типа» ты слишком долго и пристально меня разглядываешь, — парировал он. — Так что позволь усомниться.

— Позволяю, с меня не убудет.

— Язва.

— Если пытаешься меня задеть, делай лицо не таким довольным.

— Как насчет такого? — со всей серьезностью поинтересовался фэйри, сосредоточенно хмуря брови.

— Уже лучше, но нужны тренировки, — кивнул Сиэль, сдерживая улыбку.

— А ты суров, о любитель овсянки без сахара.

— Не более чем ты, о непризнанный гений интерьера.

Несколько секунд они смотрели друг на друга. Сиэль не знал, что в итоге послужило спусковым крючком, но в следующее мгновение настороженную тишину разбил звонкий смех, оттененный вторым — негромким и бархатистым.

— Ты сегодня очень странно себя ведешь, знаешь? — отсмеявшись, протянул Сиэль, подперев щеку рукой и из-под ресниц поглядывая на Ши.

— Предпочтешь вернуться к начальной модели наших взаимоотношений? — насмешливо спросил тот, коротко взглянув на Сиэля и вновь вернувшись к готовке.

— Нет, — он покачал головой, — но интересно же, что спровоцировало такие разительные перемены. Ты сам-то заметил, что уже второй раз готовишь для меня? Не говоря уже о... новаторских способах лечения.

— Может, я решил таким образом склонить тебя к сотрудничеству? — фэйри лукаво улыбнулся, но Сиэль не различил в его голосе истинного лукавства. — Сам посуди: вот сейчас привыкнешь, потом привяжешься, а там и управлять тобой станет проще простого.

— А об обратном варианте ты как обычно не подумал? — Сиэль не повелся на провокацию, напротив — стоило фэйри поднять глаза, как он, дерзко улыбнувшись, показал язык. Нож на мгновение сбился с ритма.

— Глупости говоришь, смертный, — отмахнулся Ши и неуловимым движением впихнул ему в руку свежепочищенную морковку. — Вот, погрызи, для глаз полезно.

— И рот заодно займу, да?

— Как я уже говорил, ты поразительно проницателен для человека, — невозмутимо отозвался фэйри.

Сиэль фыркнул, но от морковки не отказался. Полчаса спустя перед ним возникла тарелка, содержимое которой пахло изумительно, а создатель гастрономического чуда величественно расположился напротив — и весь его вид прямо-таки кричал о том, что в качестве блюда фэйри абсолютно уверен.

— Не скажу, что счастлив признать, но это чертовски вкусно! — воскликнул Сиэль, вскинув на него пораженный взгляд.

— Рад, что тебе понравилось, — подчеркнуто вежливо ответил Ши, но радужки расцветились довольным алым блеском.

— Нет, ты не понимаешь, — поспешил спустить его с небес на землю Сиэль. — Для стряпни фэйри это чересчур вкусно. Настолько, что даже странно, уж прости за прямоту.

— Ничего страшного. Кажется, я имел раньше некоторый опыт в приготовлении вашей пищи.

— Привет от заблокированной памяти? — угадал Сиэль.

— Полагаю, да.

— Что же там такое скрыто, что ты готовишь, как профессиональный шеф-повар? — с любопытством спросил он.

— Понятия не имею, — пожал плечами фэйри и вновь сосредоточился на своей порции. — Возможно, я им и был какое-то время.

Сиэль с сомнением покосился на него:

— Учитывая лекции о вкусной и здоровой пище, ты, скорее, был нянькой.

— Это менее приятный вариант, — поморщился фэйри, — хотя и вполне вероятный. Впрочем, думаю, гадать о сфере применения моих навыков бессмысленно.

— А жаль, — Сиэль откинулся на спинку стула и мечтательно прикрыл глаза: — Так и вижу тебя в фартуке, уговаривающим какого-нибудь упрямого ребенка съесть ложечку за маму, ложечку за папу и выпить горькое лекарство.

Картинка в сознании нарисовалась столь четкая и правдоподобная, что на миг Сиэль провалился в нее.

«Широкие белоснежные простыни по самую шею укутывают хрупкую детскую фигурку.

Аккуратный носик досадливо морщится, когда к нему подносят очередной травяной настой. Наверняка не менее противный, чем предыдущий.

Уже знакомые руки в атласных перчатках осторожно поправляют подушку под головой.

Слишком яркий свет бьет из окна.

Мальчик хмурится, и густые волны кремовой парчи тотчас скрывают от него лишнее сейчас солнце.

Ласковый голос теплой патокой вливается в уши:

— Здоровье моего хозяина превыше всего. Ну а теперь, господин... Ложечку за...»


Осторожное покашливание прервало видение на самом важном месте, и Сиэль готов был придушить фэйри за это.

— Снова ушел, как на лестнице? — теперь явно настала его очередь играть в проницательность.

Сиэль длинно выдохнул, успокаивая скачущее сердце.

— Разве нормально — видеть это?

— Зависит от того, что ты видишь, — спокойно ответил фэйри и отточено-выверенным жестом собрал тарелки в одну стопку.

— Кажется, будто прошлую жизнь. Или персональные галлюцинации — все никак разобраться не могу, — подумав, сказал Сиэль.

Фэйри на его заявление хмыкнул и степенно пояснил:

— Чтобы смертный увидел прошлую жизнь, нужно очень «грамотно» провести его через перерождение. Сам же сказал, что никто не возвращается прежним, и это верно. Предшествовавшие личности растворяются перед новым рождением. Следовательно, если ты вспоминаешь что-то, значит, с твоим переходом возникли проблемы.

— И часто у вас такое бывает? — Сиэль устало потер переносицу, подумав, что день сегодня выдался муторным и каким-то на диво бесконечным.

— Бывает, но нечасто. У Нейтральных на такие случаи санкции есть. Кажется, это как-то связано с запретом на создание Видящих, но не уверен. Не думал, что возникнет необходимость, потому не интересовался, — последнее предложение было сказано немного извиняющимся тоном, отчего Сиэль коротко улыбнулся:

— Не бери в голову, это же не смертельно? — и, дождавшись подтверждающего кивка, добавил: — Вот и чудненько. Голова раскалывается, если честно. Думаю, лягу пораньше.

— Может, помочь? — фэйри даже протянул руку в его направлении, но Сиэль поспешно вскочил и выставил перед собой раскрытые ладони.

— Нет-нет, хватит с меня на сегодня твоих чар. Я лучше по старинке — аспиринчик.

— Тогда спокойной ночи, Сиэль, — не стал настаивать Ши.

— И тебе хороших снов, Дей, — мягко ответил Сиэль и, подхватив сонно мяукнувшего корогуша на руки, скрылся в спальне.

***

Оставшись в одиночестве, Дей решил, что лучшим времяпрепровождением после чтения будет очередной разбор полетов собственного подсознания.

Сегодняшнюю череду «приятных мелочей для смертного» следовало осмыслить — слишком дикой она виделась, особенно если вспомнить, как еще недавно они цапались по любому подходящему поводу. Дей понимал, что сделать что-либо в этой ситуации не в силах — желание радовать мальчишку оказалось неимоверно трудно вытравить.

Он даже поймал себя на мысли, что жалеет о вмешательстве в свою память — иногда не помнить легче. Но подобные рассуждения все же были чужды его натуре, потому оставалось только принять некоторую исключительность Сиэля для него лично и смириться с ней. И заодно усмирить не к месту проявляющиеся порывы баловать и воспитывать его. Уж в последнем-то Сиэль точно не нуждался. Хотя и, на взгляд Дея, поразительно некомпетентно подходил к вопросу своего питания.

Незадолго до полуночи перед его носом закружились возникшие из воздуха листья падуба — Гробовщик сообщал о новой встрече поутру. Дей запил хорошее известие порцией какао и расслабленно прилег на диван.

Тихий всхлип из спальни на сей раз был ожидаемым и почти (не признаваемо) желанным. Дей не стал задерживать себя убеждениями в отсутствии интереса и поспешил к мальчишке.

Ночь выдалась безлунной и беззвездной — амиантовые тучи еще с вечера заволокли небо, став густой и зыбкой клеткой для луны. Без ее льдисто-ртутного света спальня казалась сплошным сгустком мрака, лишь глаза корогуша загорелись розово-алым, стоило Дею войти. Он на этот пристально-опасливый взгляд не обратил внимания, быстрыми и легкими шагами пересек комнату и, помедлив мгновение, опустился на кровать.

Сиэль не плакал, но губы его кривились болезненно, а меж бровей пролегла глубокая печальная складка, так не полюбившаяся Дею ранее. Отчаянно хотелось дотронуться, и серьезных причин противиться этому желанию он не нашел. А несерьезные развеяло, как дым над костром, тихое: «Себастьян» — удушливо-горькое и пронзительно-безнадежное.

Он медленно протянул руку. Сизая макушка на ощупь оказалась мягкой — шелковистые волосы послушно разгладились, подчиняясь осторожным пальцам. Дурманящая потребность почувствовать больше заставила Дея пропустить пряди сквозь пальцы и бережным движением погладить щеку.

Его прикосновение имело поистине волшебные последствия — лицо Сиэля расслабилось, он глубоко вздохнул, и на губах возникла едва уловимая облегченная улыбка. А потом он снова прошептал: «Себастьян», — так тихо и так нежно, что Дея передернуло от заведомой неприязни к обладателю этого имени, — и медленно-медленно открыл глаза.

В них плескалось такое бессознательно-безграничное счастье, что Дей замер на миг, с головой ныряя в этот полыхающий небом омут, но тут взгляд Сиэля прояснился — свет ушел, спрятавшись где-то в туманной глубине, оставив вместо себя сонное удивление.

— Дей? — непонимающе, но спокойно прошептал Сиэль.

— Ждал кого-то другого? — спросил он, не сумев справиться с собой. Хоть и был безотчетно рад, что сегодня в лазурных глазах не возникло презрение.

— Не ожидал увидеть... тебя, — помедлив, ответил Сиэль и удивленно скосил глаза на руку, все еще поглаживающую его лицо. — Почему ты?.. Разбудить пытался?

— Твои полночные сопли не дают заснуть, — Дей, постаравшись сохранить невозмутимый вид, отодвинулся. Судя по скептически поднятой брови Сиэля, получилось неправдоподобно.

— С твоей стороны чертовки мило будить меня... вторую ночь подряд.

— Что, даже не напомнишь о запрете заходить в твою спальню? — Дей сощурил глаза, оглядывая уютно устроившегося в постели мальчишку и понимая, что картина кажется привычной и отчего-то странно умиротворяющей.

— Думал, мы прошли этот этап, — неразборчиво пробормотал Сиэль, зарываясь носом в одеяло.

«И ведь ни капли моего присутствия не стесняется. Будто я и не посторонний вовсе. Хм... а посторонний ли?» — неожиданно подумал Дей и сам испугался — предположение попахивало откровенным безумием.

Чтобы отделаться от навязчивых мыслей, он как бы между прочим поинтересовался:

— Кто такой Себастьян? — и увидел, как мальчишка моментально побелел, словно выцвел весь разом.

— Кто? — изумление в голосе было неподдельным, но постепенно сменилось интуитивным пониманием, когда Дей нетерпеливо уточнил:

— Ты все время зовешь его во сне.

— Вот оно что... — Сиэль провел по губам кончиками пальцев, словно пытаясь осязать вкус произносимого во сне имени. — Я предполагал, что называю его, но никогда не мог вспомнить. Себастьян, значит. Красиво...

Взгляд его затуманился, и Дей, чувствуя себя уязвленным, иронично заметил:

— Зовешь-зовешь, а имя вспомнить не можешь? Кто он? Если твой личный песочный человек, то он явно пренебрегает своими обязанностями. Вообрази другого.

— Ты прав... отчасти, — лицо Сиэля озарилось светлой улыбкой. Дей поймал ее, и понимание, что предназначена она не ему, неожиданно покоробило. — Он — тот, кто уже много лет защищает меня от тьмы моего разума. Он бесконечно родной и бесконечно близкий. И...

— ...и его не существует, — оборвал его Дей, чувствуя иррациональную злость. — Ты ведь, надеюсь, осознаешь, что говоришь о неясном воплощении подсознания? Что на самом деле никакого Себастьяна нет и никогда не было?

— Пусть так, — мальчишка не стал спорить, но улыбка его погасла. — Однако только благодаря Себастьяну я не сошел с ума от кошмаров. Порой они слишком реальны, и только он удерживает, понимаешь?

— А тебе не приходила в голову мысль, что он тоже часть кошмаров? Что, откажись ты от него, и они уйдут?

Сиэль замер, ошеломленно распахнув глаза. Судя по всему, такая мысль его и правда не посещала. Дей мысленно поздравил себя с победой.

— Ни за что не стану проверять, — просто сказал Сиэль, уверенным взглядом посмотрев на него.

— Но почему? — заготовленные слова убеждения застряли в горле.

— Потому что знаю — он мой. Видение, галлюцинация, мираж, осколок памяти — но мой. И в одном уверен абсолютно: я никогда не отрекусь от него добровольно.

Тон мальчишки был настолько твердым, что Дей понял: переубедить его не удастся.

«Кем бы ни являлся этот Себастьян, отделаться от него будет непросто» — раздраженно подумал он, а затем поднялся с постели и, насмешливо ухмыльнувшись, отвесил шутовской поклон:

— Воля ваша, милорд.

Сиэль вздрогнул, и Дей решил не провоцировать очередное пришествие воспоминаний. Он начинал думать, что именно в памяти мальчишки и кроется разгадка сущности не пойми откуда вылезшего хранителя сновидений.

— А если серьезно, то я зашел сказать, что Гробовщик передал послание. Встреча завтра, там же.

— Хорошо, — в синих глазах отразилась забавная смесь облегчения и разочарования. — Предложение о волшебном снотворном еще в силе?

Вместо ответа Дей наклонился и взмахнул рукой. Последние слова Сиэля вышли невнятными, но не для Ши, заставив его еле слышно заскрежетать зубами от злости:

«Спасибо тебе... за Себастьяна».

@темы: Чары, Себэль

URL
Комментарии
2015-06-28 в 16:27 

de_maria_na
Окукливание по любви / Плавать по морю необходимо, жить – не так уж необходимо.
S. Kaspij, моё сердце не выдержит всего этого юста :heart::hlop:

2015-06-28 в 16:31 

S. Kaspij
Я не верю в страшные сказки.
de_maria_na, выдержит-выдержит))))) Зато потом бац! - и в перинку ))) /в невинном смысле тоже/

URL
2015-06-28 в 16:46 

Контуженная бабочка ХD Снежик, которого, оказывается, можно даже за хлебом послать ))) Глава хорошего настроения ))) Я всё гадала, какую же услугу задумал Дей (может, запустит Сиэля разгребать и реставрировать руины в своей памяти), а он, оказывается, ничего конкретного и не имел в виду. Ну что же, теперь будем с нетерпением ждать новой встречи с Гробовщиком и дальнейшего развития сюжета! Спасибо за главу ^_^

2015-06-28 в 17:09 

S. Kaspij
Я не верю в страшные сказки.
dont_forget, да, бабочка, похоже - визитка этой главы)))) можно)) они тащат в дом продукты, если надо))) домовые же))
С памятью штука такая - даже если и запустит, смысла в этом не будет)) Не поможет))
вам спасибо)))

URL
2015-06-28 в 18:50 

Linoha
Мне страшно заходить за тобой в пустую комнату, я каждый раз боюсь, что в ней никого не окажется. Тебя нет, тебя не существует, есть только твоя игра
*растеклась желе* это просто потрясающе - ревновать к самому себе))))))
Себастьян-Дей - ты законченный нарцисс!:lol::lol::lol::lol::lol::lol::lol::lol:

2015-06-28 в 19:04 

S. Kaspij
Я не верю в страшные сказки.
Linoha, тс-с-с-с.... :susp:
;-)

URL
2015-06-28 в 21:12 

Linoha
Мне страшно заходить за тобой в пустую комнату, я каждый раз боюсь, что в ней никого не окажется. Тебя нет, тебя не существует, есть только твоя игра
S. Kaspij,а я что, я молчу :-D:-D:-D:-D:-D:-D:-D

2015-06-29 в 22:46 

Ох, какая замечательная глава)))))
Просто прелесть)

2015-07-01 в 16:59 

S. Kaspij
Я не верю в страшные сказки.
Север-чародей, спасибо, о неизвестный читатель :susp:

URL
2015-07-01 в 16:59 

S. Kaspij
Я не верю в страшные сказки.
Север-чародей, спасибо, о неизвестный читатель :susp:

URL
2015-07-01 в 16:59 

S. Kaspij
Я не верю в страшные сказки.
Север-чародей, спасибо за неравнодушие, о неизвестный читатель :susp:

URL
2015-07-01 в 19:35 

О, думаю, теперь когда я наконец-то зарегистрировалась, я буду часто здесь появляться))

2015-07-05 в 03:18 

Niel Ellington
And I'd choose you; in a hundred lifetimes, in a hundred worlds, in any version of reality.
На фикбуке нет смайликов, поэтому я (вообще логично, да) оставлю комментарий к "Кисточке" тут, а потом перетащу его, когда вы ее тут выложите :shuffle:

И-И-И-И!
ХВОСТ!
ХВОСТ!
С УМА СОЙТИ!
Какие они тут... все трое х)
Господи, я вас обожаю! изображение изображение

...прокомментила как господь просто :facepalm::lol:

2015-07-05 в 11:56 

Niel Ellington, о, спасибо за наводку ))) На фикбук захожу очень редко, а тут такое!!! Чуть не пропустила хвост! Хвост!! С кисточкой!!!
Дей - просто прямо Аватар наоборот, не человек в хвостатое перевоплощается, а хвостатое в человеческую форму )))
S. Kaspij, это же просто тонны хорошего настроения, у меня его теперь запас в несколько вагонов ))))) Спасибо :heart:

2015-07-05 в 12:09 

S. Kaspij
Я не верю в страшные сказки.
Niel Ellington, :lol::lol::lol: Ваши смайлики бесподобны)))) Жаль было бы лишаться их на фб))))
Спасибо))))) Да не перетаскивайте, пусть висит)))

dont_forget, да вы бы не пропустили, здесь уже тоже есть)))) /Аватар? Хм... а почему и не да? :-D /
Стоп... Дей? :lol::lol::lol: Имя показалось вам таким же прилипчивым, как и мне? :-D:facepalm:
Спасибо ^___^

URL
2015-07-05 в 20:18 

Niel Ellington
And I'd choose you; in a hundred lifetimes, in a hundred worlds, in any version of reality.
S. Kaspij, :squeeze:
Когда у вас что-нибудь новое выходит, я уже заранее по потолку бегаю. А когда глава "Чар" - так это вообще изображение

   

Et le ciel a mis ses ailes

главная